– Мало?! – генерал невольно отступил. – Мы сокрушили три королевства, подчинили долины… Что ещё вам нужно?
– Всё, – глаза Дэмиона вспыхнули багровым светом. – Я стану владыкой этого мира. Каждый камень, каждое дерево, каждая душа – всё будет моим.
Он уже носил титул лорда – лорда Тьмы, как его шептались выжившие. Но титул был лишь тенью того, чего он желал. Ему нужны были не земли, а абсолютная власть, не богатства, а возможность перекроить реальность по своему замыслу. И тогда кристалл заговорил снова:
– Ты силён, но не всесилен. Есть артефакт, что сделает тебя богом. Железные башмаки. Их ковали гномы в глубинах Забытой кузницы, вкладывая в металл силу древних гор. Тот, кто наденет их, станет неудержимым – его шаг будет сотрясать миры, а воля – гнуть реальность.
Голос кристалла проникал в сознание, обволакивая разум сладкой пеленой всемогущества. Дэмион сжал кулаки. Он знал: Забытая кузница лежит в сердце гномьих пещер, куда не ступала нога чужака уже тысячелетия. Но это не имело значения. У него была армия. У него был голод. Он развернулся к генералу, чьи глаза уже начали тускнеть под грузом беспрерывных битв.
– Собирай армаду. Мы идём в горы.
– Владыка… – генерал сглотнул. – Гномы – не просто враги. Они хранители глубин. Их кузницы защищены заклятьями, их туннели – ловушки. Мы потеряем тысячи.
– Потеряем? – Дэмион усмехнулся, и улыбка его была острее клинка. – Мы создадим новых. Кристалл не оскудеет, пока есть, кого поглотить.
Генерал опустил голову, понимая: спорить бесполезно. Владыка Тьмы уже не слышал возражений. Его разум был оплетён обещаниями кристалла, а сердце – выжжено жаждой безграничной власти.
В тот же час гонцы помчались во все концы захваченных земель, собирая остатки покорённых племён и свежие отряды теневой нечисти. Дэмион лично следил за подготовкой: он велел выковать знамёна из кожи поверженных фей, а штандарты – из костей эльфийских воинов. Каждый элемент его армии должен был напоминать миру: сопротивление бессмысленно. Когда армада собралась, горизонт почернел от множества фигур. Тысячи, десятки тысяч существ, некогда бывших людьми, эльфами, троллями, теперь обращённых в послушных марионеток. В воздухе висел запах гари и железа, а земля дрожала от топота бесчисленных ног.
– Вперёд, – произнёс Дэмион, поднимая кристалл, чей свет теперь затмевал солнце. – Пусть горы падут. Пусть гномы узнают, что значит встать на пути у того, кто желает всего.
И армада двинулась – лавина тьмы, готовая поглотить последние оплоты свободы. Где‑то в глубинах пещер гномы уже били в тревожные колокола, чувствуя, как дрожит камень под натиском приближающейся бури. Но Дэмион не думал о них. Он думал лишь о башмаках, о мощи, о том мгновении, когда весь мир склонится перед ним – окончательно и бесповоротно.
Армия Дэмиона продвигалась сквозь горные хребты, словно чёрная волна, сметающая всё на своём пути. Огненные снаряды, заряженные тёмной энергией кристалла, рушили древние гномьи бастионы, превращая в щебень стены, которые веками считались неприступными. Леса вокруг пылали – не от обычного пламени, а от зловещего фиолетового огня, пожирающего даже камень. Каждый шаг армады сопровождался грохотом обрушающихся скал и воплями поверженных защитников.
Дэмион шёл впереди, не замечая жара и дыма. Его глаза, отсвечивающие багровым, были прикованы к горной гряде, где, по слухам, скрывалась Забытая кузница. Чёрный кристалл в его руке пульсировал всё сильнее, будто чувствуя близость великой силы.
– «Железные башмаки… Они станут ключом. Когда я надену их, сам мир содрогнётся под моей поступью», – думал он, и эта мысль наполняла его ледяной радостью.
Наконец, после трёх дней непрекращающегося штурма, передовые отряды ворвались в главный зал гномьей цитадели. Здесь, среди расплавленного металла и разбитых станков, стоял король гномов – Торгримм Каменнобород, его седая борода была перепачкана кровью, а в руках он сжимал боевой молот, уже потрескавшийся от ударов. Вокруг него лежали тела последних защитников – гордых, непокорённых.
– Ты проиграл, гном, – произнёс Дэмион, поднимая кристалл. Тени его воинов сомкнулись вокруг короля.