Ночью Андео спросил:
«Почему ты веришь, что озеро – это ответ?»
Дион достал кристалл. Тот пульсировал, как сердце.
«Потому что оно помнит. Как и я. Как и ты».
«Но что, если это ловушка?» – настаивал Андео.
«Тогда мы узнаем правду. А правда – это уже сила».
Конец главы
А где‑то далеко, у озера, ивы склонили ветви к воде. На поверхности появилась рябь – будто кто‑то ступил на дно. И в этот миг кристалл в сумке Диона дрогнул сильнее, чем когда‑либо.
Рассвет пробился сквозь рваные облака, окрасив руины в цвета пепла и охры. Дион и Андео развели костёр между обвалившихся стен – здесь когда‑то останавливались торговцы, а теперь лишь ветер шелестел сухими травами.
Андео подбросил в огонь ветку:
«Ты знаешь, куда мы идём. Но не говоришь всего».
Дион помешивал варево в котелке, не поднимая глаз:
«Знаю лишь то, что могу сказать».
Андео не отступал. Он достал свиток с перевёрнутым деревом и развернул его на камне:
«В этих рунах – имена. „Антэ“, „Ена“, „Дион“. Почему твоё имя рядом с ними? Почему ты – „ключ“?»
Дион посмотрел на кристалл в своей ладони. Тот едва светился, будто прислушивался.
«Ключ открывает дверь. Но не всегда ту, что ожидаешь».
«А если дверь ведёт к гибели?» – настаивал Андео.
«Тогда мы узнаем, стоит ли её закрывать».
Андео сжал кулаки:
«Я потерял отца. Потерял дом. Я иду за тобой, потому что верю: ты знаешь путь. Но если ты скрываешь правду…»
Дион наконец поднял взгляд:
«Правда – не то, что можно рассказать. Это то, что ты чувствуешь. Ты ведь тоже видишь тени, Андео. И слышишь шёпот в камнях. Почему?»
Андео замолчал. Он знал ответ, но не хотел произносить его вслух: их судьбы сплетены.
В тот же день, пересекая каменистую седловину, они наткнулись на древний менгир – столб из чёрного камня с выгравированными лицами. Когда Дион коснулся его, перед глазами вспыхнули образы:
мать, шепчущая у колыбели: «Помни озеро…»;
отец с мечом, окружённый тьмой: «Ты не один»;
незнакомец в серебристом плаще, протягивающий кристалл: «Время близко».
Андео увидел то же самое – но в его видениях добавилось: