Препринт появился в 07:14 по центральноевропейскому времени.
Хана этого не видела. Она ещё спала.
Гостиничный номер в корпусе для сотрудников ЦЕРНа был маленьким и предсказуемым. Белые стены, серое покрывало, стол у окна с видом на парковку. За три года она привыкла к нему так же, как к лаборантскому халату – не как к дому, а как к функциональному пространству, в котором можно работать и спать. Дом был в другом месте. Дом был идеей, к которой она возвращалась в теории и откладывала на практике.
В 08:30 за окном прошумела уборочная машина. В 09:15 – голоса в коридоре, кто-то из соседней секции возвращался с ранней смены. В 10:40 телефон завибрировал – уведомление. Хана не просыпалась. Она умела не просыпаться от вибраций. В 11:03 – ещё одно уведомление. В 11:27 – два подряд.
В 12:50 она проснулась сама.
Лежала минуту, глядя в потолок, как делала каждое утро – не из привычки медитировать, а просто потому что между сном и подъёмом был момент, когда можно было подержать в голове всё сразу, без слов. Потом вспомнила: препринт. Встала. Взяла телефон.
Четыре уведомления. Два – из рабочего чата коллаборации. Одно – личный имейл от Лукаса Шмидта. Одно – личный имейл от кого-то по имени Chen Jiaming из Пекинского университета, которого она не знала.
Хана открыла имейл от Шмидта первым.
Хана поставила телефон на стол и пошла в ванную.
Она думала о том, что Шмидт прав в своём вопросе – четырёхчастичные кумулянты были бы более консервативным выбором для оценки нелинейных вкладов, и она рассматривала их, и отклонила по причинам, которые были в секции 3.2, только их нужно было прочитать. Значит, он не дочитал до конца или читал по диагонали. Это было нормально. Это было ожидаемо. Препринт появился несколько часов назад, в понедельник утром, когда у всех были другие дела.
Она открыла имейл от Chen Jiaming.
Хана перечитала письмо. Потом написала коротко:
Это был хороший знак. Теоретик, у которого есть модель, согласующаяся с данными, – это либо совпадение, либо что-то интересное. Хана не строила на этом выводов. Просто зафиксировала.
Открыла рабочий чат коллаборации. Там было сообщение от Нгози Эзе в общей ленте:
Под этим – три лайка и один ответ от Михеля ван Харена:
Хана написала ответ Михелю:
Потом открыла arXiv напрямую. Нашла свой препринт. Он был там – страница с заголовком, именем, аффилиацией, абстрактом. Абстракт выглядел чужим, как всегда выглядит собственный текст через несколько часов после отправки. Она прочитала первый абзац. Потом второй. Потом закрыла.
Это было правдой. Всё, что там было написано, было правдой. Она это проверила.
Хана заказала еду – сэндвич и кофе через приложение кафетерия, потому что идти туда не хотелось – и открыла ноутбук. Ответила Шмидту – три абзаца о четырёхчастичных кумулянтах, ссылка на секцию 3.2. Ответила ещё одному имейлу, который пришёл пока она завтракала, – от постдока из группы ALICE в Лионе, который спрашивал о деталях калибровки. Кофе был хорошим – настоящий кофе, не автоматный. Хана выпила его медленно.