Челюсть отвисла до пола, когда он увидел бани.
Огромное помещение из белого мрамора. В самом центре располагалась большая купель, по размерам больше похожая на бассейн, а напротив купели огромное окно с видом на горы.
С потолка свисали прозрачные разноцветные ткани, то ли для красоты, толи выполняющие функцию неких ширм.
Десятки свечей, расставленных по бортикам купели, на стенах, столах, полу и лавках, украшали помещение, делая его светлым и уютным. Взгляд Арика привлек небольшой столик, на котором стоял поднос с фруктами и кувшин, как он предполагал, с вином.
Бросив стопку полотенец на мраморную лавку, он разулся и уже потянулся к завязкам халата, как услышал всплеск воды. Резко развернувшись, он испытал второй шок за последние несколько минут.
Посреди купели из воды вынырнула женщина и медленно направилась к ступеням, выходящим из купели. Арик сразу сообразил, что женщина обнаженная, и, прикрыв глаза, отвернулся, но прежде все-таки успел кое-что увидеть.
Волосы женщины были убраны в высокий пучок, и он отчетливо смог разглядеть татуировки, украшающие спину внезапной гостьи: все фазы луны украшали линию позвоночника, а по бокам шли неизвестные символы и узоры черного цвета.
– Господин посол.
Ее мягкий голос эхом отразился от каменных стен. Пребывая в легком шоке и недоумении от происходящего, он не сразу понял, кто эта женщина. Но совершенно точно знал: если его застукают в банях с обнаженной наложницей, его незамедлительно казнят.
– Я прошу прощения. – смущенно прочистил он горло – Я не знал, что здесь кто-то есть. Мне сказали, это мужские бани.
– Так и есть.
За спиной послышался тихий, приятный смех. Ни капли смущения или волнения не присутствовало в голосе незнакомки. Казалось ее совершенно не смущает находиться в банях, обнаженной, наедине с мужчиной.
– Это мужские бани. И они ваши. Так что это я должна просить прощения что воспользовалась ими. Просто мои непозволительно долго готовились сегодня.
Послышалось тихое шуршание одежды. Арик неловко переминался с ноги на ногу, чувствуя себя подростком, ворвавшимся в женскую раздевалку.
– Я одета, вы можете повернуться.
Арик развернулся и встретился с лисьими изумрудными глазами.
Жрица! Жемчужина императора! Его гордость!
Ну все, ему точно конец!
– Вы напуганы?
Ее вуаль раскачивалась в такт дыхания жрицы, и Арику жутко захотелось сорвать ее и посмотреть, кто за ней скрывается. Это было словно наваждение. Он пялился на полуобнаженную жрицу императора, в банях, будучи сам полуголым.
– Думаю, есть основания, госпожа. Если нас увидят, меня непременно казнят.
– О, поверьте, нет необходимости переживать за это.
Ее голос был мелодичным, мягким и приятным. И что-то вновь дернуло подсознание Арика, словно он знал этот голос. Где-то его слышал. Но ее глаза переключили на себя все его внимание.
Жрица не спешила уходить. Стояла перед мужчиной и нагло осматривала его. Особое внимание она уделила его глазам и рукам, которые были закрыты широкими рукавами халата.
– Вы не против, я добавила в воду аромамасла?
– Ничуть. – промямлил он.
Да ему особо было без разницы, чем пахнуть: цветочками, ягодками или другой девчачьей ерундой. Главное наконец помыться.
– После них кожа гладкая и шелковистая. – и словно в подтверждение она подняла руку и провела изящным пальчиком по своему предплечью – Хотите потрогать?
Арик сжал кулаки, подавляя желание дотронуться и убедиться в шелковистости ее кожи.
– Я поверю вам на слово.