Мэри сжимала бумагу до дрожи. Внутри всё сопротивлялось. Зачем она здесь? Зачем поехала на край света по зову безумной?
Она шагнула по узкой тропинке, ведущей к дому. Серое крыльцо, облупленная краска, занавески, будто из другого века. И вдруг раздался щелчок замка. Дверь открылась. На пороге стояла женщина. Высокая. Белокурая. Та же длина волос. Те же скулы. Те же глаза. Только в этих глазах было что-то чужое. Знание. Тоска. И лёгкая улыбка, от которой Мэри стало холодно.
– Здравствуй, – сказала женщина. – Ты вовремя. Сегодня ночь без луны.
– Ты не удивлена, – спросила Мэри, перешагнув порог.
– Нет, а ты я вижу – да, – спокойно ответила Эллана. – хотя ты всегда была той, кто больше чувствует.
– Как же мы… похожи.
– Мы одно целое. Только разделённое.
Мэри присела у окна. Комната пахла полынью и старой бумагой. На стене – портрет девочки с лентой в волосах. У неё были её глаза.
– Ты знала обо мне?
– Всю жизнь. Мне снились твои сны. Как ты читаешь в кровати с фонариком. Как прячешь письма в коробку из-под обуви. Как влюбляешься. И как боишься.
Мэри сжала руки.
– Почему ты молчала?
Эллана прошла мимо неё, будто тень.
– Было условие. Меня учили молчать. Хранили, как… сосуд. Ты – жила. Я – ждала. У нас были разные роли.
– Кто «они»?
Эллана посмотрела в окно, из которого виднелось озеро – гладкое, как зеркало.
– Сначала – старуха. Та, что разделила нас. Потом – сны. Потом – он.
– Кто «он»?
– Скоро узнаешь, – Эллана улыбнулась. – Он всегда приходит к тебе первой.
И Мэри вдруг поняла: эта женщина говорит правду. Просто правда – странная, как сон, из которого не можешь выйти.
Они сидели молча. Мэри чувствовала – если заговорит, всё исчезнет. Как во сне. Как детский оберег, который рассеивается на свету. Она встала первой.
– Я… выйду. Мне нужно… подышать.
Эллана не возражала. Только взглянула пристально, будто знала, куда та пойдёт и кивнула головой.
Дорога к озеру вела через тонкую рощу. Деревья здесь были странные – скрюченные, как старые женщины. Мэри шла, не думая. Сердце стучало как-то по-новому, будто кто-то тихо барабанил изнутри: ты дома… ты близко…
Озеро лежало гладкое, как стекло. Лёд был ещё слабым и полупрозрачным. И вдруг она почувствовала: здесь кто-то есть.
Он стоял у воды. В плаще. Высокий, плечистый. Его лицо было в тени, но Мэри ощутила сканирующий взгляд. Будто он уже встречал её. Когда-то. Где-то. В другой жизни?
– Не подходи близко, – сказала она сама себе. Но шагнула вперёд.
Мужчина обернулся. И девушка ахнула.
Глаза. Такие глаза можно увидеть только во сне. Серо-зелёные. Глубокие. Они ласково смотрели на неё.
– Ты… кто?