Тут пригодился Жирафик. Он не стал лезть в гущу путаницы. Он осторожно вытянул свою длинную шею над всем клубком.
– Я вижу узор! – сообщил он. – Там, в середине, три петли наброшены на вихрь! Осьминожек, попробуй ослабить давление слева!
Под его руководством, как под руководством диспетчера с вышки, работа пошла быстрее. Осьминожек ловко маневрировал, Пушинка бережно тянула, а Жирафик с высоты корректировал: «Немного правее! Теперь вниз! Отлично, вижу просвет!»
Туманные Швеи, заворожённые, наблюдали за этой слаженной работой. Они и не думали, что можно решать проблемы с такой высоты и таким нежным прикосновением.
Наконец, с тихим, удовлетворённым «пуфф», гигантский клубок распустился. Широкая, ровная, сверкающая полоса свежего тумана полилась из воронки и поплыла вниз, к сонным ещё лесам и лугам. Луч солнца, попав на неё, зажёг миллион радужных бликов.
Сияна светилась от счастья ярче обычного.
– Вы не просто распутали прядь! – воскликнула она. – Вы показали нам новый способ смотреть на проблемы. С высоты и так дружно, как команда!
В благодарность Туманные Швеи подарили им маленькие клубочки.
– Это не обычные нитки, – объяснила Сияна. – Это клубочки лёгких мыслей. Если запутаться в грустных или трудных думах, просто размотайте один. Он поможет всё расставить по местам, как вы сделали с нашей прядью. А этот… – она протянула Жирафику отдельный, блестящий клубочек, – для тебя. Это нить перспективы. Чтобы ты всегда помнил, как важно иногда поднять голову и увидеть всё целиком.
Попрощавшись с гостеприимными швеями, друзья снова взмыли вверх на спине Арго. Облачный город скрылся за ними, а тёплые клубочки лежали в кармашке рюкзака Пушинки. Их Музей чудесных воспоминаний ждал новые экспонаты, а впереди, на линии горизонта, уже виднелся следующий пункт их воздушного путешествия – Лунная почта.
Приключение 3: Лунная Почта
Арго летел в беззвёздной темноте. Этот участок неба был особенным – здесь царила глубокая, бархатная тишина, нарушаемая лишь мягким свистом ветра. Пушинка куталась в тёплый клубочек от туманных швей, а Жирафик вытянул шею, всматриваясь в черноту.
– Здесь нет ничего, – прошептал он. – Только пустота и…
– И лунный свет, – закончила фразу Пушинка.
Она была права. Внезапно из темноты вынырнул длинный, серебристый луч, словно дорога, вымощенная светом. И на этой дороге, стояло странное сооружение. Это была станция, но не земная, а воздушная. Платформы, словно сплетённые из лунных бликов, висели в пустоте. По ним солидно расхаживали совы. На каждой сове была одета аккуратная сумка-почтальонка через плечо, а в клюве они держали конверты. Конверты эти были не бумажные, а сшитые из кусочков темноты, звёздной пыли и детских вздохов.
Арго приземлился на самой тихой платформе.
– Это Лунная Почта, – так же тихо объяснил он. – Здесь сортируют и разносят сны, предчувствия и тихие мысли, которые приходят к людям ночью. Главный почтмейстер – Филин Угуму.
Их встретил сам Угуму – огромный, пушистый филин с очками на клюве и вечно озабоченным взглядом.
– Опоздание! – проскрипел он, не здороваясь. – Потеряна посылка! Срочная! Для девочки, которая завтра впервые идёт в новый класс. Посылка «Капелька Уверенности». Без неё её сон будет тревожным, а утро – робким!
Оказалось, что посылку – крошечный свёрток, переливающийся, как мыльный пузырь, – унесло внезапным вихрем ночного беспокойства.
– Он где-то здесь, на станции, – сказал Угуму, – но найти его в этом хаосе… – Он махнул крылом, указывая на тысячи мерцающих конвертов и свёртков, летающих по платформам.
Поиски в лунном свете требовали особого подхода. Глаза разбегались.
– Я не вижу ничего особенного, – сказал Жирафик, вращая головой. – Всё светится одинаково.
– Нужно искать не глазами, – догадался Осьминожек. Он закрыл глаза и прислушался. – Сны… они по-разному звучат. Грустный – тихо ноет, весёлый – позванивает. А эта «Уверенность»… она должна звучать ровно и тепло.
Пушинка же пошла другим путём. Она стала осторожно спрашивать у почтовых сов: «Вы не видели посылку, которая… которая, кажется, боится потеряться?» Это оказалось верным решением. Одна молодая сова вспомнила: она видела, как маленький свёрток закатился под лестницу из лунного луча, будто прячась.