Женщины не слышали, как в зал вошёл Егор. А Егор, тихо присев за столом, никак не обозначал своего присутствия.
– Представляешь, – Егор услышал за перегородкой низкий грудной женский голос, – вчера с баками так намаялась, еле до койки доплелась. Уже засыпать начала, чую, кто то сверху лазит, трусы стягивает.
– Ну, а ты чё? – спросил тоненький, словно мышиный писк, голосок.
– Да, что я? У меня даже сил не было глаза открыть. Ноги раздвинула пошире, думаю: «Да черт с тобой! Пользуйся!»
– Уй, как интересно! – с придыханием пищала собеседница, – Ну, а хорошо-то он тебе сделал?
– Вот пристала. Заснула я. Даже как он слез с меня не помню.
– И чё, ты даже не знаешь, кто это был? – с интересом спрашивал мышиный голосок
– Да я же тебе говорю, что… – грудной низкий голос был прерван шумом в коридоре.
В столовую, в сопровождении Стратега вошёл крупный мужчина лет сорока пяти – пятидесяти. На круглом щекастом лице был, словно пришлёпнут, мясистый картофелеобразный нос, под огромными пышными бровями скрывались маленькие хитрые прищуренные глазки. Мужчина протянул пятерню толстых коротких пальцев навстречу вставшему из-за стола Егору:
– Владимир Владимирович Баранов – начальник подбазы.
– Царёв Егор Викторович – старший техник ГСМ авиаотряда, – ответил на рукопожатие Егор.
– Девочки, – обратился начальник подбазы к выскочившим из кухни смущённым поварихам, – мигом соорудите нам с Егором Викторовичем на стол что-нибудь покушать, ну и конечно что-нибудь, что причитается к покушать.
Егор осмотрел поварих: «Явно, вот эта маленькая, с фигурой мальчишки – это та, что с мышиным голоском». Вторую повариху Егор осматривал более внимательно. Вероятно, его интерес был слишком заметен, потому что повариха сильно покраснела и опустила глаза. Это была довольно крупная женщина лет тридцати. Вся её конституция соответствовала фигуре: высокий рост, длинные плотные ноги, подчёркнутая талия, большая высокая грудь. «Мужиков можно понять», – подумал Егор.
Поварихи уже были готовы начать выполнять указания хозяина, как всех остановил Егор:
– Владимир Владимирович, прошу прощения. Я очень польщён Вашим гостеприимством, но прошу Вас перенести застолье на более позднее время. Вечером вертолёт, на котором я прилетел, будет возвращаться в посёлок и мне бы хотелось успеть закончить все дела. Если останется время, я готов отужинать с Вами. Сейчас попрошу подготовить всю документацию по приёму и расходу авиакеросина, а я пока сниму фактические остатки керосина в резервуарном парке. Вы назначите мне сопровождающего?
– Ну, хорошо, бери сопровождающим Стратега. Он у нас за керосин отвечает. Я дам указание, складскую документацию подготовят.
16.
Три десятка лет назад Стратег ещё не был заправщиком, да и Стратегом он тогда ещё не был. Звали его Володя Ветров и жил он в одном из городков нашего огромного Советского Союза. Володя серьёзно увлекался футболом и был перспективным защитником одного из известных футбольных клубов.
Все складывалось в жизни Володи хорошо и радужно: удачная многообещающая спортивная карьера, квартира, любимая девушка, в которой Володя души не чаял.
Ещё у Володи была сестра и прекрасный племянник, которого он любил как родного сына. Сестра Володи уже давно развелась с мужем, ещё до рождения сына. Муж был сильно пьющим человеком и в подпитии нередко избивал её.
Чтобы получить место в детском саду сестра Володи устроилась туда на работу нянечкой. Зарплата была очень маленькой, но такая работа позволяла наблюдать за ребёнком и быть с ним постоянно рядом. Это её очень устраивало. Всегда можно проконтролировать, как ребёнок покушал, как поспал, что одел, можно защитить, если вдруг кто-то захочет его обидеть. Да и к тому же, её поставили в очередь на жилплощадь, ведь после развода ей с сыном пришлось переехать из квартиры, принадлежащей родителям бывшего мужа, к брату.
Володя не только предоставил сестре с сыном комнату в своей двухкомнатной квартире, но и помогал в финансовом плане. Вначале сестра с некоторой неловкостью просила у него взаймы, с обещанием обязательно вернуть, как только накопит. Она покупала сыну красивые яркие костюмчики и самые лучшие продукты, совсем забывая про себя. Однажды у Володи защемило сердце, когда он увидел сестру в заштопанной кофточке. Он в душе́ винил себя за то, что в потоке своей яркой, счастливой жизни не замечает, как трудно его родной сестре. В дальнейшем Володя полностью взял на себя обеспечение сестры и племянника. Содержание своей родной сестры с сыном, которую бросил муж-алкоголик, Володя воспринимал спокойно, как должное. Кто же ей еще поможет, как ни брат.