– Почему я?
– Потому что ты двигаешься иначе. Умеешь не оставлять следов и… – Кей замолчал на секунду, – ты один из немногих, кого они не могут отследить.
Энт смотрел на голографическое лицо Мацуо. На стершуюся щетину, плотно сжатые губы. Ничего знакомого. Но где-то глубоко под кожей – чувство: он уже был рядом с этим человеком. Не память – след, как тень в холодной воде.
– Нужно убить его? – спросил он, всё ещё глядя на экран.
– Только если не получится вытащить, – сказала Рейн. – Но, по опыту… никто из них не сдается.
Кей выключил панель. Свет в комнате стал тусклее. На мгновение все трое стояли в молчании.
– Сегодня ночью, – сказал Кей. – Один. Точка выхода через западный проход. Подойдёшь незаметно, проследишь маршрут, найдёшь окно. Не тяни.
Энт кивнул.
Он вышел первым. Коридоры за дверью встретили его тишиной и дрожью воздуха. Где-то капала вода. Вентиляция гудела, как далекий океан.
Больше не чувствовал волнения. Не чувствовал страха. Только ту самую точку внутри груди, которая каждый раз включалась, когда появлялась цель. Что-то дрожащим эхом отзывалось от той встречи, что уже была. И от той, что ещё впереди.
Район Синдзюку. Ночь.
Синдзюку дышал по-старому – тяжело, с хрипом разрушенных улиц и металлическим эхом, скользящим по пустым проспектам. Здесь, в самом сердце старого города, здания больше не стояли – они держались. На кусках бетона, арматуре, на памяти о том, чем когда-то были.
Энт шёл по низкому тоннелю под обрушившемся путепроводом. Выцветшие указатели, обугленные рекламные щиты, стены с трещинами – всё молчало. Он двигался быстро, без лишних остановок.
База доктора Мацуо была наверху – третий уровень, бывший телекоммуникационный узел. Протокол: подняться, дождаться сигнала, устранить. Никаких шумов. Никаких свидетелей.
Он поднялся на один пролёт – и остановился. Впереди, за проломом стены, мелькнули тени.
Не ревиверы.
Он отступил в темноту, прислонился к колонне. Из-за края разрушенной стены появились силуэты: трое, потом ещё двое. Вооружены. Организованы. Плавно идут цепью.
Сопровождение.
Он увидел её сразу. Невия.
Она шла чуть впереди. В полевой форме, каска на поясе, автомат за спиной. Движения уверенные, взгляд – острый. Лицо – собранное.
Слишком близко. Энт не шелохнулся. Он смотрел на неё – как тогда, у стены. Но теперь ближе. Настолько, что мог различить изгиб губ, направление взгляда, морщину у переносицы.
Она остановилась.
Энт знал, что она его почувствовала. Не увидела – почувствовала. Она повернулась – на полградуса в сторону, но ровно туда, где он стоял. И на секунду – их взгляды почти встретились.
Он ждал выстрела. Но она не подняла оружие. Её зрачки дрогнули, дыхание едва заметно сбилось – и всё. Ни слова. Ни сигнала.
Один шаг вбок – и он исчез. Падение вниз по обрушенному пролёту, скольжение в вентиляционную шахту, тень проглотила его без остатка. Молча.
Прозвучали голоса:
– Есть движение. Южный угол!
– Подтверждаю! – второй голос, резко.
– Перехватить. Живым. – это была она.
Но слишком поздно. Энт уже растворился, как пыль в воде.