Разве вы не готовы на все для своего ребенка? Если да, то сначала постарайтесь контролировать гнев по отношению к нему.
Вы должны уметь смотреть на рассказы, смех, даже пустую болтовню своего сына или дочери глазами, полными любви.
Не скупитесь на проявление любви к ребенку. Если он злится, нервничает и психует, то нужно не ругать, а успокоить его. Особенно хотелось бы сказать это родителям детей-подростков. Если ребенок злится и кричит, чтобы получить желаемое, или же ведет себя так без особой на то причины, то у вас нет другого выбора, кроме как утешить его и вместе пережить сложный период пубертата.
Вместо того чтобы злиться в ответ на всевозможные высказывания детей, родители могут задавать им вопросы, чтобы создать комфортную обстановку для разговора.
Конечно, поначалу ребенок может реагировать без энтузиазма. Однако, если вы проявите инициативу, выслушаете, с какими трудностями он сталкивается в жизни или чего ему не хватает в общении с друзьями в школе, и дадите ему какую-то сумму карманных денег, не будет ли это гораздо полезнее для ваших отношений?
я люблю красный. Но что, если мой близкий друг скажет, что ему нравится синий? Я не буду злиться и переубеждать. Вместо этого улыбнусь и спрошу, почему ему так нравится синий цвет.
Секрет хорошего общения кроется во взаимном внимании и вопросах.
06
Чужие мозоли
Надеюсь, мы станем людьми, умеющими прислушиваться к голосам слабых, и не сделаем еще больнее тем, кто осмелился говорить о своей боли. Даже если я никак не смогу помочь их горю или дать дельный совет, то хотя бы выслушаю. Ведь, к сожалению, многие люди говорят жестокие вещи тем, кто страдает, тем самым усиливая их боль.
Раньше, вместо того чтобы выслушать чужую боль, я избегал подобных разговоров или выдавал свои безрассудные умозаключения. Будто предлагал мудрый и обдуманный ответ на все вопросы. Теперь мне стыдно за это.
Я занимал должность руководителя в одной организации, когда случилось вот что. Один из сотрудников попросил меня о встрече. Наш разговор был примерно таким.
Сотрудник явно выглядел разочарованным. Но я сделал вид, что не замечаю этого. А все потому, что тогда я подумал: «Он должен сам разбираться со своими проблемами». Я видел, что мои слова задели его и что ему морально тяжело, но подумал: «Ничего страшного». В конце того же года отдел был распущен, а сотрудники перешли в другие организации.
Несколько месяцев спустя мне удалось поговорить с тем человеком. Мы встретились на дополнительном обучении уже не в качестве начальника и подчиненного, а скорее как коллеги одного уровня. То, что он сказал тогда, до сих пор остается болью в моем сердце.
Услышав это, я удивился и подумал: «Это обо мне сейчас речь? Есть ли кто-нибудь в мире, с кем проще говорить, чем со мной?» Но я понял, что есть разница между комфортным разговором и холодной непринужденностью, и подумал: «Ой!» Я искренне извинился перед ним. Но боль, которую я ему причинил, должно быть, осталась в его сердце.
Потом я понял: есть люди, которые слушают меня вполуха и игнорируют мои слова, а есть люди, которые благодарны за то, что я говорю. Но я должен помнить, что также есть люди, которых может задеть резкость с моей стороны. Мне жаль, что я не обратил внимания на то, как трудно было моему сотруднику и какую боль я ему причинил. Я игнорировал его чувства и не должен был так поступать. Я сожалею о своей неспособности понять человека и посочувствовать ему.