– Кто-то из наших будет? – спрашиваю, вполоборота глядя на Риту.
– Феликс обещал прийти, – пожимает плечами. – Возможно, Мила.
– А остальные? – искренне удивляюсь.
Нет, я не ждала, что из-за моего приезда все бросят дела и побегут праздновать, просто… немного странно, потому что всякий раз, когда мы разговаривали с Риткой по телефону, я слышала от неё о том, что собирались все. А нас в компании человек десять. Было.
– Не многие хотят идти в “Подвал”, – всё также расслабленно отвечает и встаёт с кресла, подплывая к шкафу.
Молчит какое-то время, перебирая пальцами мои вещи на вешалках, но лицо такое, словно что-то хочет сказать, при этом сдерживается. Очень хочет.
– Ну, говори уже, – всё же выдаю смешок, останавливая её руку.
– Ну… клуб не славится, как беспорочный, – виновато улыбается, поворачиваясь ко мне. А после прослеживает взглядом за моей рукой. – О, вот это и надевай!
Тоже смотрю, чтобы понять, что там за “это”, и мне становится реально смешно, когда я понимаю, что держу в руке широкие, светло-розовые карго и максимально короткий топ такого же цвета.
– Интересный у тебя способ избавиться от меня, – смеясь говорю. – Сначала сказать, что в клубе происходит дичь, а потом одеть меня в самый откровенный топик.
Продолжаю хохотать, но всё же вытаскиваю шмот.
Через несколько часов мы уж мчим на такси. Я оглядываюсь по сторонам, подмечая новые здания, места и в целом то, как преобразился город. Даже печально, что я упустила это. Люблю Роверроуд, всегда любила несмотря на то, что люди в нём, в основном, не любили меня.
И клуб оказался шикарным! Высокое, современное здание, с панорамными окнами на первом этаже и широкими тонированными на втором. Всё подсвечено розовым и голубым неоном, а вокруг просто тьма народа.
– Я так понимаю, чтобы попасть туда, надо продать душу дьяволу? – скептически смотрю на длинную очередь.
– Не, – отмахивается Рита и походкой от бедра шагает мимо недовольных людей.
Я бы тоже была недовольна, если бы какая-то коротышка в чёрном платье, еле прикрывающем зад, шла напролом, да так, словно уверена на все двести, что ей можно. Только вот она подходит к вышибалам, а те по очереди приобнимают её за плечи, и они о чём-то переговариваются. Затем Рита поворачивается и машет рукой, зазывая меня.
Вскидываю брови, но всё же иду к ним. Не такой уверенной походкой, но во всяком случае стараюсь не показывать, что мне дико неудобно перед другими, стоящими в очереди.
– Лис в клубе, но не в духе, – улавливаю, когда подхожу, как один из секьюрити говорит, наклоняясь к Рите, а после бросает взгляд на меня. И взгляд этот… слишком липкий. – Привет, кошечка.
– Но-но, Марс, – шлёпает его по плечу Рита посмеиваясь. – Эта Малышка моя.
Он хмыкает, как и его дружок, ещё раз оглядывает меня с ног до головы, на что я просто закатываю глаза. Подруга увидев моё недовольство, цепляет меня за локоть и затаскивает внутрь.
– Да будет веселье, пупсик, – радостно говорит, перекрикивая музыку, как только мы заходим внутрь.
Басы долбят по ушам, но мне настолько нравится эта дымная обстановка, что сама не замечаю, как в движении начинаю танцевать.
– Да будет веселье! – вторю Рите и без сопротивления иду, куда поведут.
Как только подходим к столику, замираю, словно вкопанная, потому что за ним уже сидят Феликс и… Марк. Первый наш общий друг, а второй друг и… да, мой бывший. Первая беспросветная любовь, тот, с кем “почти было”, но я так и сделала этот шаг.
Оба вскидывают головы, и если Феликс расплывается в довольной улыбке, от которой под его голубыми глазами тут же собираются мелкие морщинки, то Марк смотрит таким обжигающим взглядом, что я практически ощущаю его физически. Он не злой, но и не безразличный, как я ждала: в нём столько эмоций сразу, что это вгоняет меня в своеобразный транс.
– Привет, Малышка! – Фел поднимается и, огибая столик в один короткий шаг, оказывается рядом, сгребая меня в свои медвежьи объятия.
Да, по размерам он реально, как медведь: широкий, высокий и с плохой координацией, которую я заметила за те короткие движения, которые он сделал. Ничего, собственно, не изменилось.