С этими словами она резко махнула рукой, давая понять, что дискуссии окончены, и покинула Плато. Толпа мгновенно взорвалась гулким гомоном, превратившись в разъяренный улей. Все говорили, кричали, спорили, чертили в воздухе схемы и производили мысленные расчеты.
И только Валька стояла как вкопанная, не слыша ничего, кроме звенящей тишины у себя внутри. В голове, смывая все сомнения и обиды, стучала одна-единственная, огненная мысль:
Вот он. Мой шанс. Мой вызов. Ради этого я и родилась!
Мысль ударила в виски, пробежала по жилам электрической искрой, заставив кожу покрыться мурашками. И Валька рванулась с места, словно ее выбросила пружина, устремившись прочь от толпы, в свою мастерскую. У нее была неделя, чтобы представить решение.
– Валька, ужин скоро, ты б заканчивала, – послышался осторожный голос сестры.
Валька ничего не ответила. Она…думала. И единственное, что приходило в голову – отправиться к подножию Инивумуса и увидеть все своими глазами. Эти кабинетные черви-геологи наверняка даже не поднимали свои задницы, чтобы самим все разведать. Значит, это сделает она.
Приняв решение, она спустилась на ужин, который вскоре превратился в штаб по планированию операции. Все началось с ее простой, брошенной в тишину фразы:
– Мам, пап, я иду к Инивумусу. Там я найду способ остановить катастрофу.
Поднялся такой гвалт, словно не она одна, а вся семья собралась в поход на пикник с жаркой мяса над лавой.
– Винтики-шестерни, как круто! – взвизгнула Лика. – Идея просто огонь! Жаль, я не могу с тобой – у меня на носу проект по пневмомолоту.
– Пф-ф, я и сама справлюсь, – Валька деловито подбоченилась, внутренне собравшись.
Если Лика пойдет, вся слава достанется ей, а Валька снова останется в тени.
– Доча, я в этом не сомневаюсь. Ты все же в роду великих инженеров! – Мать была в благодушном настроении. – Уверена, этот поход вдохновит тебя. Тем более, дочка нашего Стратега Ресурсов уже перешла в сборщики механизмов. А ты знаешь, как там нужна внимательность.
Валька скривилась, словно машинное масло проглотила. Терпеть не могла, когда мать заводила эту шарманку.
– Эта Милка – та еще побитая шестеренка, – буркнула она. – Вечно чужие идеи подглядывает.
– Ты сначала свой проект сделай, а потом других обсуждай, – отбрила мать. – Так. У подножия может быть опасно. Но самое сложное – добраться. Есть два пути: через земли южан и через Ущелье Разлома.
Мать поднялась и вытащила из тумбы карту, махом очистив под нее стол. Ужин, приготовленный стараниями отца, был забыт и сдвинут на край стола, с явной угрозой свалиться на пол.
– Ущелье нестабильно, есть риск обвалов, но зато там нет южан. Если не хочешь быть подстреленной из засады – иди там. Главное – смотри наверх и слушай.
Мать вперила в нее взгляд, которым, должно быть, бурила скальные породы. Архитектор Мегапроектов – это вам не хухры-мухры. Это сила, власть и вот такой жгучий, пронизывающий до мурашек взгляд.
Пока они обсуждали маршрут, Лика рванула в свои покои и вернулась с чем-то, похожим на игрушку.
– Это тебе, сестрица.
В протянутой руке Валька увидела крошечный арбалет, размером с ладонь. К его зауженной вершине было приделано кольцо для пальца из сплава с вкраплениями драгметалла. А на браслете, что цеплялся за запястье – гравировка вычурным шрифтом: «Жизнь исследователя – ценный ресурс». Цитата из седьмого Принципа Железа и Льда. Закон Сохранения. Символично.
– Он настоящий, – затараторила Лика, видя скепсис сестры. – Бьет больно, особенно разрывными болтами. Я три года над ним корпела. Кузнецы отказывались, все делала сама. Это первый образец. Пусть защитит тебя в походе.
Щеки Вальки запылали. Гордость боролась с восхищением перед изящным и практичным оружием. Она не могла не оценить вложенный труд. Но…
– Хм, – губы сами сложились в усмешку. – Поглядим, на что годится. И кого таким убивать? Змей?
– Валька, прекрати, – вмешался отец, поежившись от строгого взгляда супруги. – Лика от души. Кстати, у меня для него двадцать разрывных болтов имеется. Бери, пригодятся, если наткнешься на южан. А еще…
Он пожевал свою огненно-рыжую бороду. Всегда так делал, когда сомневался.