Хищник явно выбрал себе легкую добычу и пикировал прямиком на аборигенку. Времени на раздумья не было.
ПАХ!
Девушка взметнулась на ноги с такой скоростью, что я моргнуть не успел. Ее черные, чуть раскосые глаза вперились в меня. Хм. Особь явно молодая, но не подросток. Одежда – примитивная культура в чистом виде: цветные ленты, деревянные тотемы, травы, побрякушки. Прямо шаманка каменного века. Только перьев на голове не хватает. Интересно, насколько агрессивна?
Я медленно опустил ружье и осторожно протянул руку ладонью вверх – жест, понятный даже диким племенам. В ответ она грохнулась ниц и забормотала на своем языке.
Слова звучали… странно. Почти знакомо, но будто сквозь толщу воды и времени. Словно ребенок, который только учится говорить, коверкая звуки. Мне почудилось что-то вроде «светлый» на английском языке. Или показалось? Без Роба тут не разобраться. Срочно нужен перевод.
Вызвав напарника через наушник, я продолжил изучать распростертую фигуру. Ритуальное поведение? Принимает за божество? Вполне вероятно. Я и правда слишком отличаюсь. Ее кожа была матовой, плотной, даже слегка грубоватой – будто пыталась стать чешуей. Защита от радиации? Эволюционная адаптация? Возможно, ее предки – местные ящеры, постепенно смягчившие кожу с падением радиационного фона. Рост для женщины… высокий, пожалуй, даже немного выше меня. Сложение тонкокостное, но с плотными мышцами. Плавание? Верховая езда? Особенно выдавались плечи.
Ее поведение… может быть очень полезным. На моем лице сама собой расплылась улыбка. Девушка подняла голову, увидела ее – и в ответ тоже улыбнулась. Зубы… чуть заостренные, но ровные и здоровые. Значит, особь действительно молодая. Я снова протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Она пришла в невероятный восторг от этого простого жеста, но тут ее взгляд рванулся за мою спину. Последнее, что я увидел на ее лице, – животный ужас, а потом она просто рухнула без сознания.
– Спасибо, Роб, – едко бросил я в пустоту. – Ты нереально помог.
Хотя кого я виню? Сам же его вызвал. М-да.
Спустя некоторое время мы были в лагере. Тихое щелканье оборудования портативной лаборатории действовало на нервы. Я метался по кругу, то и дело поглядывая на аборигенку, неподвижно лежавшую на моем термоодеяле.
В голове – адская кузня. Первый контакт. Неожиданный, но… очень своевременный. Лучше и не придумаешь, когда местные сами вешают на тебя ярлык божества. Но как этим грамотно воспользоваться? Как разменять это чудо, свалившееся с небес, на свою победу? Срочно, нужен план!
С одеяла донесся тихий стон. Я ринулся к ней и плюхнулся на землю, наблюдая за пробуждением. В ее распахнутых глазах поплыл страх, а затем – неуверенное узнавание. И тут подкатил Роб. Девчонка мгновенно села, вжав голову в плечи, словно ожидая удара. Нужно было действовать.
– Тихо, тихо. Он свой, – я показал открытые ладони, стараясь говорить ровно и спокойно. – Он друг.
Ее взгляд оставался затравленным, но, кажется, мой голос хоть как-то подействовал. Решив чуть надавить, я поднялся и постучал костяшками по корпусу Роба.
– Видишь? Безобидный.
Я похлопал его по холодному плечу. Затем ткнул пальцем в себя, в него и нарисовал в воздухе подобие узла.
– Роб, – я смотрел на нее, но говорил роботу, – как только она заговорит, врубай переводчик.
—
От его голоса она вздрогнула, но я тут же расплылся в успокаивающей улыбке. Потом ткнул пальцем в свою грудь и четко произнес:
– Ашлес.
– Алекс, – еще раз отчеканил я.
– Альекс.
Я удовлетворенно кивнул и уставился на нее, ожидая.
– Айше, – ее голос был низким, грудным. Тонкий палец уперся ей в грудь, не оставляя сомнений.
И тут ее прорвало. Она затараторила, запричитала, осыпая меня поклонами. В голосе сквозила отчаянная… мольба?
– Роб, ну что там? Ловишь что-нибудь?
–
И в этот момент в моем наушнике взорвался механический голос:
– Благодарю, Дух Света, что явился, что не бросил… – она буквально ударилась лбом о землю.