Сектор сглотнул ком в горле, ощутив, как по виску скатывается ледяная капля пота.
Из чащи на них надвигалось чудище, подобного которому он не видывал. Его красные глаза пылали голодом. Кожа отливала тусклым серым цветом, казавшись непробиваемой. Оно шло на двух ногах, по-человечьи, а вместо третьей конечности торчал обрубок, из которого свисали жилы. Кто-то уже оторвал ему конечность?
Первой не выдержала северянка. Болт с сухим щелчком сорвался с тетивы, ударил чудовищу в грудь – и с глухим стуком отскочил, хлопком взорвавшись в воздухе. Сектора передернуло: будь он на месте твари, от его нутра сейчас остались бы кровавые ошметки.
Он тут же выпустил стрелу, целясь в глаз. Деревянное древко со щелчком сломалось о непробиваемую шкуру.
Взгляд Сектора на миг встретился со взглядом северянки. На ее лице – тот же первобытный ужас, что кричал и в его душе. Без единого слова, оба разом убрали оружие и рванули прочь. Куда – неважно. Лишь бы подальше.
Позади грузно ступал преследователь. Он был уже кем-то ранен – и эта мысль леденила душу еще сильнее. Что еще могло покалечить такую тварь? Более того, оторвать целую конечность?
Раздался глухой щелчок, а следом за ним громкий взрыв. В нос ударил едкий запах чего-то жженого. Что-то метнула эта рыжая ведьма. Сектор оглянулся – сквозь серый дым проступила фигура абсолютно невредимого монстра. Тварь, которую не берут даже колдовские штуки северян. Припустив еще быстрее, он помчался, ломая на ходу кустарники и спотыкаясь о толстые нити лиан.
Сектор слышал сбоку сбивчивое дыхание дочери Гор. Ее белая кожа и огненные волосы мелькали среди зелени. Бег по джунглям явно не был ее стихией. Хорошо, – мстительно подумал он. Может, чудовище схватит именно ее, и мне удастся уйти.
Лес редел, уступая место каменистой осыпи.
И он его увидел. И она – тоже. Большую нору какого-то крупного зверя. Но лучше знакомый враг, чем незнакомый монстр.
Они ринулись к ней одновременно, отталкиваясь друг от друга, пытаясь подставить подножку. Влетели внутрь, кувыркнулись в темноте, и холщовая сумка Сектора, разорвавшись, выплюнула свое содержимое. Десятки прочных, не поддающихся времени листов веером разлетелись по земле.
У Сектора перехватило дыхание. Он бросился их собирать, сердце бешено колотилось. Сбоку послышался шорох – северянка, приподнявшись, с любопытством вглядывалась в его сокровища.
– Не смотри! Это не для твоих оскверняющих глаз! – вырвалось у него с отчаянием.
Но она была уже рядом. Ее пальцы, быстрые и цепкие, выхватили из его рук один из листов. Сектор попытался вырвать его обратно, но замер, увидев ее лицо, на котором гнев сменился изумлением, а затем – жадным, почти святотатственным интересом.
– Постой…– ее голос потерял всю свою ядовитость. Она тыкала пальцем в святую схему. – Это же… принцип рециркуляции! Мы к этому шли годами и то…! А это…– она схватила другой лист, впиваясь в него взглядом в полумраке пещеры. – Усилитель крутящего момента? Это гениально!
– Это.., – попытался он возразить, но голос звучал слабо. – Это Священные писания! Не для твоих глаз. Это священный Корабль Предтечи, что отвезет нас на край Вселенной!
– СВЯЩЕННЫЕ?
Она вскочила, тряся драгоценными листами перед его носом.
– ВЫ ЧТО, МОЛИТЕСЬ ЧЕРТЕЖАМ? Вы еще более дикие, чем я думала! Вы тысячелетиями сидели на таких знаниях и молились на них?! Да это же…, – она аж задохнулась от возмущения. – Это же кощунство!
– Что ты можешь знать?! – выкрикнул Сектор, с обидой вырывая у нее листы.
– О-о! Поверь, я знаю куда больше, чем вмещает твоя, – она резко ткнула пальцем ему в лоб, – закостеневшая башка!
– Кто ты вообще такая, чтобы судить?!
Сектор отшатнулся, потирая ушибленное место. Рука у нее тяжелая, как у кузнеца!
– А я – дочь Архитектора Мегапроектов! И не позволю каким-то одичалым дикарям хоронить такие знания!
– Ты просто девчонка, которая слишком много о себе возомнила! – яростно парировал он, прижимая свитки к груди.
– Правда? – губы северянки искривились в усмешке.– Тогда объясни, почему я в твоих «священных» книжках разбираюсь лучше ваших хваленых мудрецов?