– Мы пришли уже… ДЖОАН, – он произносит мое имя нарочито медленно, растягивая звуки, и в его интонации проскальзывает та самая, неуловимая ранее эмоция. Не пренебрежение. Нечто большее – презрение. Как хищник, который снисходит до того, чтобы удостоить жертву именем перед тем, как вонзить клыки. Да. Именно так. С этим типом нужно держаться как можно дальше.
Мы останавливаемся у входа в комплекс, напоминающий уменьшенную копию самой крепости, но сложенную из более темного, почти черного камня. Грубая кладка поглощает свет, делая здания мрачными и неприступными. Прямо передо мной раскидывается просторный внутренний двор, вымощенный тем же бурым камнем. Слева высится приземистое, но массивное здание, напоминающее маленький замок, от которого тянутся арочные переходы к высоким, узким башням по правую сторону. Между ними зияет огромная площадка, густо усыпанная желтым песком, явно предназначенная для тренировок. В тусклом свете магических сфер, закрепленных на столбах по периметру, несколько фигур – парней и девушек – с сосредоточенными лицами и залитыми потом спинами отрабатывают удары по тяжелым кожаным грушам. Воздух здесь густой, пропитанный запахом пота, раскаленного песка и железа – совсем не такой, как на праздничных улицах.
Мой спутник без единого слова направляется к ближайшей башне. Я следую за ним, чувствуя, как сердце учащенно бьется в груди. Внутри башни царит полумрак, пахнет старым деревом, воском и сушеными травами. За простым деревянным столом у стены сидит женщина в возрасте. Ее седые волосы убраны в тугой пучок, а на ней – строгий костюм из плотной клетчатой ткани: практичная жилетка и длинная, до пола, юбка. Ее взгляд, острый и всевидящий, скользит по нам, а тонкие пальцы с длинным гусиным пером замирают над развернутой толстой книгой.
– Имя? – ее голос сухой и безразличный, похож на скрип пергамента.
– Джоан… Джоан Арден… – выдыхаю я, чувствуя, как предательски дрожит голос. Ладони становятся влажными. Правильно ли я поступаю? Что ждет меня за этой регистрацией?
Женщина выводит мое имя каллиграфическим почерком, но затем снова поднимает на меня взгляд – на этот раз оценивающий и требовательный:
– Откуда?
– С Прибрежья, – ровно, без тени эмоций, произносит мой спутник, стоящий чуть позади.
По моей спине пробегает ледяной холодок. Зачем он это делает? Почему помогает? Что этому холодному, высокомерному человеку от меня нужно? Я ловлю себя на мысли – а что он вообще может от меня хотеть? Я абсолютно уязвима, беспомощна в этом мире. Я не представляю для него угрозы, не обладаю магией, не имею связей. Я – никто. И этого «никто» он почему-то решил вписать в свои планы.
Женщина коротко кивает, больше не задавая вопросов, и протягивает мне тяжелый железный ключ с замысловатой резной ручкой.
Мы начинаем подниматься по крутой, узкой каменной лестнице, уходящей вверх, в сумрак. Тишина между нами густая, неловкая. Несмотря на страх и подозрения, клокочущие внутри, я решаю играть в благодарность.
– Спасибо, мистер Незнакомец, – произношу я, заставляя свои губы растянуться в натянутую, неестественную улыбку. Стараюсь, чтобы голос звучал легко и благодарно, но внутри все сжимается в тугой, тревожный комок.
Он останавливается на ступеньке выше и медленно, очень медленно поворачивается ко мне. Его взгляд, всегда такой отстраненный и холодный, теперь прикован ко мне с новой, пугающей интенсивностью.
– Ло́тар, – поправляет он меня, и его имя на его устах звучит как тихое, угрожающее шипение. Он смотрит на меня, и я замечаю, как что-то в его лице меняется. Напряженность в уголках рта смягчается, а в глубине серых глаз, кажется, разгорается крошечная искра. Но это не тепло. Это интерес хищника, учуявшего необычную добычу.
И вдруг я чувствую это – странное, вязкое давление на сознание. Теплая, тяжелая волна накатывает на мой разум, приглушая тревогу, страх, саму способность мыслить. Я вижу, как его зрачки расширяются, поглощая радужку, превращаясь в бездонные черные колодцы, в которые тянет заглянуть, утонуть… Его губы трогает едва заметная, уверенная улыбка.