– Да все шишки разъехались же, большая часть спит в казарме.
– Только не Люцина в этот раз…
Вейланд смотрит на меня.
– Если честно, я видел как ты влезала в окно. Решил утром прогуляться, пока солнечные лучи не палят. И вот… Я дал бы тебе подзатыльник, если был бы рядом!
Мы заворачиваем за угол и прячемся в старой каменной беседке, где Вейланд прижимает меня к стене, распыляя вокруг нас порошок, который позволяет слиться с тенями – недаром у него по алхимии высший балл. Я открываю склянку, блокирующую запах и использую остатки зелья Лоры.
– Алиса Дарквуд, что тебя нашло? – серьезно вопрошает друг. – Люцина, она же тронутая. Она разорвет тебя на кусочки, а ты сама еще и лезешь на рожон!
Тогда я достаю склянку с любовным зельем из кармана.
– Это еще что? – кривится Вейланд.
– Выпьешь и влюбишься в Люцину.
– Фу! – морщится он, а потом поднимает брови. – И… и что? Пускай кого-нибудь охмуряет, тебе какая разница? У Люцины все равно к окончанию академии будет богатый и знатный муж и она скорей всего его задушит, за то, что капризы не исполняются как велено, – хмыкает Вейланд в конце.
– Каин Велентар…
Вейланд наклоняется ближе.
– Каин Велентар что?
Прокручиваю склянку в руке и произношу медленно:
– И так меня ненавидит, а если она прикажет ему задушить, например, Лору… – до меня наконец начинает доходить, какую глупость я сделала и как сильно рисковала.
Вейланд принимает из моих рук склянку и начинает покручивать ее, глядя на свет сквозь темно-синюю жидкость, как делают алхимики.
– Тьма, да это древнее колдовство, – произносит Вейланд. – У нас не преподают такие руны. Она не могла это сделать без гримуара. Где он?
И тут я понимаю, что беспокоило меня всю дорогу: я украла зелье, но забыла забрать у Люцины рецепт. Безлунница продлится еще двое суток и за это время мерзавка создаст новое.
Все было бесполезно. Бессмысленно.
– Алиса, ты в порядке? Ты побледнела.
Сглатываю.
– Гримуар остался у…
Вейланд напрягается.
– Теперь она его точно перепрячет.
– Надо что-нибудь придумать, – бормочу я.
Друг выдыхает, возвращая мне зелье.
– Вариант конечно странный. Я бы даже сказал безумный. Что если ты дашь это Велентару раньше, чем она?..
Мы встречаемся взглядами и я сглатываю так шумно, что слышно наверное за пределами беседки.
Следующей ночью я стою у двери профессора, прижимая к груди фолиант по техномагии. Я больше не касалась дневника Виктории, но до сих пор не могу забыть, как Каина восхитили сделанные моей бабушкой дирижабли. Может быть и сейчас он на мгновение забудет о Виктории, отвлечется, а я?
Мне становится противно: от самой себя, от того, что я вообще о таком думаю. Привязать Каина Велентара во второй раз? Когда он отвяжется, то свернет мне шею с невероятным наслаждением. Перед глазами пробегает то, что он уже сделал для меня: не дал иссохнуть после того как я поделилась кровью, защитил о голема, хоть потом и отругал.