В его позе чувствовалась усталость, но и сдержанная сила. Он казался человеком, повидавшим многое, пережившим немало трудностей, но не сломленным ими. В каждой морщинке, в каждом движении чувствовалась искушенность, знание жизни и людей. Он явно знал цену вещам и словам, и с ним стоило быть осторожным.
– Заходи коль не шутишь, – ответил ему мужчина.
– Новичок в игре?
– Да, – не решительно ответил ему Ярослав.
– Я это сразу понял, увидев тебя, ты вот расскажи, почему ты не выбрал для появления в игре более большой населённый пункт? – Чем тебя привлекло именно наше захолустье? – спросил мужчина.
– А что можно было выбирать? – удивился Ярослав.
Мужчина, услышав эту фразу начал истерично смеяться. – М-да…давно я таких не встречал. Ну теперь уж ничего не сделаешь, ты автоматически теперь привязался к нашему гнилому городку.
– Давай знакомиться, меня зовут Карл, я местный барыга, скупаю все ценное что притаскивают из разрушенного городка, который находиться неподалеку.
– А тебя я вижу зовут Яр?
Торговец посмотрел на имя игрока, которое горело над головой Ярослава.
– Всё верно, – тихо ответил Ярослав.
Карл перестал смеяться, его взгляд стал серьезным и проницательным. "Яр, значит Яр. Что ж, добро пожаловать в реальность, где правила пишет не тот, кто их знает, а тот, кто их устанавливает. В этом мире твое имя – единственное, что у тебя осталось. И то, пока кто-нибудь не решит, что оно ему нужнее." Он сделал паузу, оценивая реакцию Ярослава. "Ты, видимо, еще не понял, куда попал. Этот город – кладбище надежд, здесь каждый второй мечтает сбежать, но никому это не удается. И ты, мальчик, теперь один из нас."
Карл усмехнулся, заметив замешательство на лице новичка. "Игра, говоришь? Мальчик, это твоя новая жизнь. Разве ты не чувствуешь этот ветер, несущий запах гнили и отчаяния? Разве не видишь эти обветшалые дома, хранящие в себе истории сломанных судеб? Это не игра, Яр. Это выживание." Он кивнул в сторону полуразрушенного города, видневшегося на горизонте. "И, если ты хочешь здесь выжить, тебе придется научиться играть по моим правилам."
"Так скажи мне, что ты умеешь? Что у тебя есть, что может быть мне полезно? Потому что в этом городе, просто так никто ничего не делает. Здесь каждый платит свою цену." В глазах Карла не было ничего, кроме холодной расчетливости. Он казался не просто барыгой, а опытным хищником, высматривающим свою следующую жертву. И Ярослав, похоже, стал этой самой жертвой.
Ярослав почувствовал, как по спине пробежал холодок. Слова торговца обжигали своим цинизмом, словно плевок в лицо. Он ожидал чего угодно, только не такого приема. Иллюзия, которая пришла от первого входа в игру с треском разбилась о суровую реальность.
Карл, заметив его замешательство, продолжил с давящей неспешностью: "Я не прошу невозможного, мальчик. У меня есть для тебя кое-что, что поможет тебе сделать первые шаги в этом смертельном танце. Но за это придётся заплатить. Не золотом, конечно. Здесь ценятся другие вещи." Он поиграл пальцами, словно перебирая невидимые монеты. "Мне нужны кое-какие предметы из разрушенного города."
Торговец на мгновение замолчал, наблюдая за реакцией Ярослава. "Взамен я дам тебе стартовый набор. Небольшой нож, чтобы защитить себя от крыс и головорезов. И немного еды, чтобы не умереть от голода в первую же ночь. Этого хватит, чтобы начать, чтобы освоиться. Но помни, Яр, если ты меня обманешь, последствия будут… неприятными."
– Хорошо, я попробую решить данную задачку, – ответил Яр.
Торговец тут же достал и отдал Яру нож и немного еды.
– Будем считать, что это аванс.
– А вот что мне нужно. Торговец достал небольшой список. Принеси мне всё по списку и получишь ещё кое-что ценное.
Как только Яр взял в руки список, он заметил, что на границе его зрения, что-то замелькало. Он сфокусировал взгляд и перед его глазами развернулось сообщение «Внимание! Вами получено задание «Первое дело», выполните условия торговца Карла и получите награду».
– Так вот как это работает, – обрадовался Яр.
Он забрал вещи и вышел из дома торговца. Яр убрал еду в карман своей грязной легкой куртки, а нож засунул в высокий ботинок, одетый на ногу. Так его было не видно, за и всё равно его больше было некуда девать. Не в руках же его всё время таскать.