Точной высоты я определить не смогла, но уровень окна не соответствовал даже чердаку, он оказался выше. Пальцы невольно сжали тюль, а я прикрыла глаза. Не подумала бы, что во мне живет страх высоты. Из-за подобного открытия я не разглядела местность, где теперь находилась. Но не удивлюсь, если дом окружает лес.
Так и не открыв глаз развернулась спиной к пугающему меня объекту и на ощупь вернулась на середину комнаты. Несмело приоткрыла один глаз, пытаясь дышать ровно, и снова осмотрелась. Немного поодаль, рядом с закрытой резной дверью, примостилась широкая кровать, застеленная пуховой периной. Это я предположила наугад, потому что моя семья не могла позволить себе такой роскоши. Все спали на матрасах.
Приблизилась и аккуратно присела на самый краешек. Мягкость приняла меня в свои объятия, поэтому я уже смелее продвинула пятую точку чуть дальше, а потом и плюхнулась на спину, глупо улыбаясь. Из-за пережитого меня стало клонить в сон, поэтому я без зазрения совести скинула валенки и свернулась в клубочек на пахнущей свежестью постели.
Меня преследовали снежные волки, когда сквозь сон я ощутила чужое присутствие. Будто кто-то толкнул между лопаток. Я нахмурилась и прикрыла голову рукой, не желая расставаться со сном. Только он все равно развеялся, истаял, а я недовольно надула губы и открыла глаза. Тут же испуганно зажмурила, еще и ладонями прикрыла, не узнав комнаты, в которой очутилась. Но память отравительницей явила перед моим внутренним взором воспоминания прошедших часов. Я невольно застонала.
Надежда, что все мне приснилось, лопнула, как мыльный пузырь.
— Горазда ты спать, — послышалось негромкое, отчего я вздрогнула и резко села.
От внезапного подъема голова закружилась, но я постаралась не показать вида. Только сильнее сжала перину руками.
— Простите, — ответила, опустив голову вниз, голос охрип спросонья, поэтому пришлось откашляться.
— Я не сержусь, ты согрелась?
— Да, спасибо, — я невольно посмотрела на лишившего меня свободы мужчину.
При ярком свете он выглядел иначе. Если в лесу он показался мне безжалостным убийцей невинных дев, то сейчас производил впечатление обычного представителя знати. Светло-синий пиджак и темные брюки необычными не показались, светлые волосы и глаза гармонировали с бледной кожей, а тонкие губы изогнуты в ухмылке. Щеки и подбородок мужчины покрывала будто седая щетина, почти ставшая бородой, локти лежали на подлокотниках глубокого кресла, в котором он сидел, а светло-голубые глаза смотрели изучающе. Я невольно стиснула разъехавшийся в стороны тулуп и напряглась. Взгляд будто ощупывал меня с ног до головы, а не оглядывал.
— Вы — Черный бог? — спросила первое, что пришло на ум, чтобы избавиться от гнетущего молчания.
Мужчина поморщился и отвел взгляд.
— Зови меня Макар, — ответил сухо, спустя несколько секунд, — не люблю то имя, что придумали мне люди. А настоящее тебе знать не положено.
— Анастасия, — пробормотала я ответное приветствие, и зачем-то уточнила, — или Аська, для близких.
Макар хмыкнул и молниеносно поднялся из кресла, я даже не услышала его шагов, как он оказался буквально в нескольких сантиметрах передо мной, заставляя сильнее нервничать. Снова подцепил мой подбородок указательным пальцем и заглянул в глаза.
— Меня не интересует имя человечки, которую послали для моей услады, — произнес он тихо, с угрозой.
От его взгляда и проникающего под кожу шепота желудок сделал недовольный кульбит и громко заурчал, оповещая о своем желании наполниться. Мои щеки тут же заалели от стыда, а внутри растеклась странная обида на то, что я просто человечка, для одноразового использования. Правда, для чего меня собирались использовать, я еще не очень поняла, но предчувствовала, что ответ мне не понравится.
В глазах Макара, потемневших на полтона, проскочило удивление, а брови немного приподнялись. Он отступил от меня на шаг и запустил в свои волосы руку, отпуская тем самым мой подбородок.
— Ты голодна? — спросил он как-то растеряно.
— Что вы? — пролепетала я, — просто немного испугалась.
Макар нахмурился и молнией покинул комнату, заставляя меня глупо моргать. Пока я обдумывала реакцию мужчины и искала свою вину в происходящем, в оставленную открытой входную дверь успел выкатиться двухъярусный стол на колесиках. Верхний ярус был уставлен блюдами с ароматно пахнущей пищей, от которой шел легкий пар, на нижнем притаились бутылки с вином или компотом, я не разглядела. Желудок болезненно сжался, а во рту скопилась слюна.