Старик вел беседу с Отаром нехотя. Сразу было видно, что он болен. Слегка дрожал.
– Может, вас проводить?
– Не надо, сынок, я сам!
Отару и раньше приходилось видеть больных, но старик его озадачил.
– Куда и как он теперь?
Его глаза-большие и измученные – запомнились и не давали покоя.
Пора было возвращаться домой, наутро его ждал новый рабочий день, но он не спешил. Знал, что дома ждет привычная бессоница и куча лекарств от нее.
– Лучше полюбоваться луной,– думал он, прогуливаясь по главному проспекту. Но луны в тот вечер не было видно.
Он флегматично проходил мимо афиш, магазинных витрин, изредка всматривался в ярко мигающие цветные рекламные надписи из люминисцентных ламп. Мечтал, чтобы день не кончался. Но движение по проспекту утихало.
Проходя мимо телефонных автоматов, Отар не удержался. Отыскал монеты, набрал знакомый номер.
Первая монета досталась автомату даром, а вторая соединила его с грубым мужским голосом.
– Вам кого?
– Мне Ирину, если можно,– замялся Отар.
– А кто ее спрашивает?
– А вы кто, собственно, простите?– добавил после некоторой паузы Отар.
– Послушайте, ни один джентльмен не отважится в такой час звонить даме.
– Дай трубку,-послышался в трубке веселый голос Ирины.
– Алло, кто это спрашивает?
Отар немного отошел, услышав знакомый голос.
– Здравствуй, Ира…
– Здравствуйте! – не заставил себя ждать удивленный женский голос.
– Как поживаешь?
– Хорошо. А кто спрашивает?– по-прежнему удивленно спросила Ира.
– Не узнаешь?
– Сергей – нет. Нико, здравствуй! Откуда ты?
– Нет, это не Нико, я – Шалико, – с досадой отозвался Отар.
– Шалико?!– изумилась Ира.– Не знаю такого.
Ира бросила трубку. То же сделал и Отар, но чуть позднее, при этом иронически улыбнувшись.
Он не обижался, хотя и досадовал, что разговор не получился.
– Когда долго не появляешься на сцене, тебя начинают забывать,– подумал Отар.