На заставе имелись кандалы из специального, подавляющего магические способности, сплава, но до заставы еще нужно было добраться. Велта знала, что колдуны опасны. Маги встречались и среди эльфов. Некоторые из них обладали такой силой, что могли убить все живое вокруг себя, просто щелкнув пальцами.
- Давайте поспешим, пока ваша ведьма не очнулась, - предложила Велта. - Ну же, идем!
Она повернулась к Матрене, которая продолжала пожирать эльфийку глазами, и повторила:
- Идем.
Поначалу они двигались вдоль ручья, по песочку. Нарушители шли впереди, выстроившись гуськом, а Велта следовала за ними, не убирая стрелу с тетивы. Эти люди не производили впечатления опасных и грозных разбойников, но расслабляться все равно было нельзя. Неспроста ведь они забрались так глубоко в лес. Возможно, они не принадлежали к числу обычных зевак, решивших поглазеть на эльфов. В самом худшем случае им был известен величайший эльфийский секрет, и они пытались достичь его. Если так, то их ни в коем случае нельзя отпускать обратно. Как бы это ни было неприятно, людей придется ликвидировать. Но, к счастью, не ей принимать это непростое решение. Жить им или умереть, будет решать Феромон.
Андис брел по прибрежному песку со своей ношей на плече, не замечая ни ее тяжести, ни прочих странностей вокруг себя. Рядом с ним в таком же сумрачном состоянии шествовала Матрена. Та уже мысленно находилась в жарких объятиях эльфийского красавца, и ничто иное ее не волновало.
Злюка поравнялась со Стасиком и прошептала:
- Свиностас, каковы твои черные замыслы?
Стасик вздрогнул.
- Замыслы? - переспросил он.
Не было у него никаких замыслов. Он угодили в лапы к эльфам. Тут бы Стасику порадоваться, что наконец-то в правильном мире он увидит хоть что-то приятное. Эльфы определенно относились к данной категории явлений. Стасик был неравнодушен к эльфийкам, для него они всегда были образцом изящества и сексуальности. Живая эльфийка не обманула ожиданий - она была красива и изящна. Несколько смущала ее плоская фигура, почти не обладающая необходимыми выпуклостями, но все равно Велта была хороша. Тут бы и радоваться, да вот только их компания случайно нарушила какую-то границу, и теперь считалась чуть ли не преступным сообществом по предварительному сговору. Их вели на какую-то заставу, а что будет дальше, Стасику оставалось лишь гадать. Хорошо бы эльфы оказались добрыми существами, и отнеслись к нему с любовью и пониманием. Но Стасик не питал иллюзий. Он уже хорошо изучил этот правильный мир, чтобы понимать – не все здесь обстоит так, как ему хочется. Вполне возможно, ему предстоит еще одно тяжкое разочарование, на этот раз в эльфах.
- Свиностас, признавайся, ты замыслил злодейство? - допытывалась Злюка. - Зачем ты согласился идти на заставу к эльфам? Какую юдоль ты припас для сих ушастых нечестивцев?
- Да нет у меня никаких планов, - нервно бросил Стасик. - Нам бы жизнь сохранить.
- Зачем нужна жизнь, если не тратить ее на злодеяния? - фыркнула Злюка. - Почему ты не делишься со мной своими жуткими замыслами? Разве я еще не доказала, что достойна стать твоей верной соратницей в делах кровавых? Признайся, ты хочешь пытать эльфов? Или... А! Я поняла. Все дело в порке.
- В какой еще порке? Не понимаю.
- Ага, не понимает он. Как же! Все знают ту историю.
- Какую историю? - испугался Стасик. - О чем ты?
- Легенду о Свиностасе и эльфийской принцессе.
- Это история о большой и чистой любви? - с надеждой спросил Стасик.
- Фу! Какая такая любовь? Это история о том, как ты поймал эльфийскую принцессу, привязал оную персону к столбу задом наружу, и славно отходил плетью по мясистым ягодицам.
- Бог ты мой! - ахнул Стасик. - Я этого не делал.
- К чему стесняться? Вполне достойное деяние.
- Да нет, правда. Никаких эльфиек я не порол.
- Верю, верю. Ты и эльфиек не порол, и мир не собирался захватывать. Совсем ты заврался, властелин. Уж передо мной-то мог бы и не кривляться. Я вижу тебя насквозь.
- И что же ты видишь? - проворчал Стасик.
- Тьму великую, злобу лютую и похоть звериную. Из них-то ты и состоишь.
Стасик беспомощно смолчал. Он уже убедился в том, что Злюка свято верит в его злодейскую суть, и этого не исправить. Для нее он темный властелин. И не только для нее одной. Многие в этом мире считали его таковым. И принимали соответствующие меры. Стасик их даже понимал. Уж если завелся темный властелин, то нужно как можно скорее давить его, паразита, пока он сил не набрался и не принялся гадить по крупному.