Знаешь, они как-то по очереди…
–
Я такой растяпы сроду не видела. А нож! Им же только лютого врага мучить. Ладно, черт с тобой, открывай мускат, будем пить вместо чая.
Раскрошив пробку и благополучно утопив ее в конце концов в бутылке («Очумелые ручки», – прокомментировала Лерка), я разлила вино по бокалам. Вообще-то я пила редко, но сегодня алкоголь пришелся весьма кстати: в последнее время жизнь совсем перестала мне улыбаться. Конечно, весна и авитаминоз, но все же… Естественно, обсуждать с Леркой свои проблемы я не могла: она бы только рукой махнула и объявила меня лучшим в мире производителем слонов из мух – сытый голодного не разумеет. Вот Кларе можно бы поплакаться, но у нее столько собственных заморочек, что неловко лезть со своими мушиными проблемками, они ведь только для меня Кордильеры, а для других так, грядки огородные.
–
Слушай, ты хоть когда-нибудь по сторонам смотришь? – прервала мои размышления гостья.
–
В каком смысле? – удивилась я.
–
Да во всех. Я вчера тебя на проспекте увидела, сигналила, звала – ноль внимания.
–
Вчера? Наверное, с лекции шла, думала.
–
Задумчивая ты моя, тебе давно надо не о лекциях, а о собственной судьбе поразмыслить. Ну посмотри, как ты живешь?
Я огляделась: неказисто, что и говорить. И еще эта дурацкая плита… Я попыталась уйти от ответа:
–
Чудный мускат, и сыр ужасно вкусный.
– Это «
Дор Блю», дорогая.
–
Никогда не пробовала.
Лерка покачала головой:
–
Ну почему ты такая рохля?
–
Ничего себе рохля, – возмутилась я, – в двух местах вкалываю.
–
А толку?
С толком действительно выходила незадача.
–