У отца своя фармакологическая компания, и там не всегда бывает гладко. Настолько, что он может пропасть на несколько суток.
Раньше я всегда удивлялась, что может происходить ночью, но когда мне объяснили, что поставки приходят круглые двадцать четыре часа, то просто смирилась с тем, что со мной оставался брат и няня. Сейчас подобное случается реже, но тоже бывает. Все между собой называют это командировками, но я то знаю, что папа в это время в городе.
– Нет, – шёпотом отвечает Рита: – Хуже, Лея.
– Итак, – когда мы входим в кабинет говорю я, а отец уже сидит в кресле.
– У меня есть сложности с бизнесом, – без обиняков озвучивает он сухим и жёстким тоном. – Однако, выход есть.
Бескомпромиссные интонации заставляют меня застыть на месте. Я совсем ничего не понимаю и совершенно не смыслю в бизнесе, ни в его, ни в чьем-либо.
– Мне нужна будет твоя помощь… – эти слова вызывают улыбку, и я её не скрываю.
– Па, я…
– Ты выйдешь замуж. – он перебивает громогласным голосом, высекая слова в воздух так резко, что я даже задыхаться начинаю: – Алан Юсупов, ты знаешь, это важная фигура в нашем городе, и он возьмёт тебя в жены. Тем самым мы сохраним компанию.
Не верю в услышанное и хлопаю глазами глядя на серьёзное и сосредоточенное лицо своего отца.
– Отказа быть не может. Брак будет фиктивным в плане ваших отношений. Но все, кто увидит вас, должны верить в искренность вашей семьи.
Сердце нервно отбивает сумасшедший ритм, а ладони потеют. Я рассеянно оглядываясь на дверь кабинета, будто это мне покажет Даню, что ждёт меня в моей комнате. А в голове тем временем не укладывается, что я должна буду оставить своего любимого человека и выйти замуж просто потому, что это нужно моему отцу…
Стою на первом этаже в ожидании, как выразился отец, «почтенных гостей». Вся ночь прошла в каком-то аду. Беспрерывные слёзы и глухие крики в подушку. После того как мне пришлось соврать Дане, что случилось кое-что страшное, и попросить его встретиться потом.
Рита пыталась донести до меня, что бизнес отца проживает не самый лучший период. Только я совершенно не понимаю, как его спасёт мой принудительный брак с человеком, о котором я только слышала обрывки фраз. Ах да, и которого я в детстве знала, это ведь в корне меняет дело…
Если бы он, по существу, был бы хорошим знакомым или партнёром отца, он бы и без этого спектакля помог, верно? Без таких жертв, где на кону стоит моя жизнь…
На мои, как мне кажется, весомые доводы, Рита лишь озвучила, что всё гораздо сложнее, и я, конечно же, не понимаю. Оказывается, за делом отца стоят ещё какие-то эфемерные люди…
Если откровенно, я абсолютно запуталась, и мне наплевать. Не понимаю, причём здесь фармацевтика, мой отец, его якобы партнёр и сын его хорошего друга в одном лице.
Однако всё та же мачеха не раз сокрушалась на тему того, что когда придёт время, папа сам мне всё расскажет. Эта ненужная загадочность и полная неразбериха тоже раздражают. Либо надо объяснить всё сразу, либо и вовсе молчать и не требовать от меня подобного.
Учитывая моё состояние, сейчас мне начхать абсолютно на всё. Вчерашнего разговора хватило, чтобы думать, что отца я потеряла.
Да, наверное, это неправильно, ведь я живу в достатке, ни в чём не нуждаюсь, у меня есть всё… Однако теперь они хотят забрать слишком много, причём одним махом.
Поднимаю глаза к потолку, не позволяя слезам проливаться вновь. И так пришлось изрядно постараться визажисту, а это, кстати, говорит о степени заинтересованности папы в этой чёртовой сделке. Наряд, к слову, мне тоже выбрали, будто меня пригласили на королевские смотрины.
Нестыковка лишь в том, что в наше время такого не должно даже существовать.
И вот я, с аккуратной причёской, будто самая натуральная монашка в тёмном закрытом платье прямого кроя, стою и встречаю знакомое, но позабытое семейство Юсуповых.
Некоего господина Дамира, Елену – мать моего будущего мужа, как выразился отец, и того самого Алана.
Они входят к нам с широкими улыбками, а папа тут же рассыпается в комплиментах статной женщине. Рита тоже не отстаёт, а я, как бы вылетев из собственной оболочки, наблюдаю за этим мракобесием издалека.