– Это будет… – краснею, не зная, как сказать: – касаться секса? – голос превращается в писк, а я почти зажмуриваюсь.
Корю себя, что на этом этапе потеряла свою уверенность.
Мужчина снова надвигается на меня.
– Сделаю исключение, задав тебе вопрос… а ты хочешь?
Вводит в ступор, но я даже не беру секунды, чтобы отрицательно покачать головой.
Юматов склоняет голову в жёстком взгляде.
– Тогда определённо… – уже практически выдыхаю в улыбке, что моя честь останется со мной: – да.
Победный жестокий оскал. А я ошарашенно смотрю на него, желая высказать ему пару нелестных слов.
Прикрываю глаза, стараясь удержаться на той волне, которую отчаянно репетировала. На кону гораздо большее, чем моя честь и гордость. Впрочем, если я окажусь у Ветрова, пострадает гораздо большее.
– Хорошо, я согласна. – вскидываю подбородок, убеждая скорее себя, чем его.
Он кивает, засовывая руки в карманы брюк.
– Раздевайся. – раздаётся бескомпромиссный приказ.
А у меня трясутся поджилки.
– Что?
Вожу глазами по его лицу, ища хотя бы намёк на то, что это не будет так. Только в глазах вижу лишь беспристрастность и ожидание полной, безоговорочной покорности.
Слёзы катятся по лицу, а я даже не замечаю. Снимаю свитер, оставаясь в майке и дрожащими пальцами расстёгивая джинсы. Лёгкие потрёпанные балетки отставляю в сторону и одним движением спускаю штаны, ощущая себя на каком-то аукционе прошлого времени.
Стыд, смущение, унижение.
Всё в одном флаконе коррелирует собственную ярость на эту жизнь, а особенно на Аллу. Но стиснув зубы продолжаю.
Остаюсь в белье и майке, не смея оторвать взгляд от пола. Слышу тяжёлые шаги, а затем и вижу идеально очищенные носки его ботинок.
– Я говорил остановиться? Сдерживаю всхлип.
В эту минуту хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть и забыть этот момент.
Давай, Сонь, ты сможешь. Ты знаешь цену.
Стягиваю майку, а затем и бельё.
– В глаза смотри.
Капли солёной влаги оставляют отметины на полу, но я не могу подчиниться. Я впервые отчётливо чувствую себя так, будто я вещь.
Неприятно, обидно и уязвимо.
Мужчина хватает мой подбородок, рывком дёргая вверх и смотрит в глаза. Из-за пелены слёз он размыт, но это даже и к лучшему.
Я оправлюсь, сотру из памяти этот момент, как и все плохие, что прячу в закромах своей души. И буду гордо смотреть ему в лицо.
Просто для этого нужно время.