Тем не менее сомневаюсь, что они поймут, как сложно отпеть несколько выступлений подряд, фактически с перерывом на короткий беспокойный сон. Я молчу про выездные программы, когда ты ни больше ни меньше живёшь в автобусе, самолёте или поезде. Что уж говорить о сочинении текстов и музыки. Их скепсис и несерьёзное отношение к моей деятельности я до сих пор ощущаю всеми фибрами моей души.
Тот разговор, случившийся порядка восьми лет назад, остался в моей памяти навсегда. Тогда меня поддержал лишь один человек, и только благодаря ему у меня всё получилось. Мать была шокирована и в своей холодной манере лишь переживала о том, как же её ягодка, закончившая престижное заведение Лиги Плюща, будет кривляться на камеру. Отец был более прозаичен и просто сказал, что всё это лишь отголоски моего переходного возраста, потому что я прирождённый бизнесмен.
Теперь же мой гонорар в месяц превышает доход стандартного, в понимании Нью-Йорка, бизнесмена.
– Да, Эрика. – вырывает меня из воспоминаний серьёзный голос отца: – У нас случился неприятный инцидент, отчего я принял решение усилить охрану. А также выделить тебе человека, который будет тебя сопровождать.
– Что произошло? Я не слышала, да и вы не стремились известить меня. – удивлённо перевожу взгляд с отца на мать.
– Милая, информацию пока необходимо держать в секрете. Не будем давать волю злым языкам. – натянуто улыбается она.
– Есть люди, желающие нам проблем, Эрика. И эти люди активизировались. Нужно максимально защитить себя. – включается отец: – Поэтому я пригласил нового человека, умеющего решить любую ситуацию. Он будет отвечать за безопасность до того момента, как мы не урегулируем вопрос.
– Эм… И что значит отвечать за безопасность, отец? – шок и недоумение отражаются на моём лице.
– Это значит выполнять всё то, что он посчитает нужным сделать в отношении этой самой безопасности. – безапелляционно звучит он, а я пытаюсь всё же понять детали, а не смотреть в размытое каплями дождя стекло.
– Так… У меня на носу выступление в Мэдисон сквер гарден. Несколько съёмок и премьер. Это же всё не коснётся моей работы, верно?! – внутри начинаю паниковать, но лицо не выдаёт истинных эмоций, являя лишь скептическую ухмылку.
– Это спросишь у него самого. – отвечает отец, в то время как слышится звонок в видеофон.
Перевожу взгляд на мать, явно хмурясь от всего происходящего. Но та лишь кивает головой со своей искусственной улыбкой. Молчание, которое заставляет мысли роем пчёл кружиться в моей голове в ожидании неизвестного безопасника.
Что и почему произошло, неужели кто-то пострадал? Почему не сообщили сразу?
Мы хоть и не в тёплом общении ребёнка-родителя, но не поделиться этой информацией, по меньшей мере, глупо.
Наконец слышим приближающиеся шаги, и когда в двери входит прислуга, я вскидываю взгляд в проход. За Дэйзи, нашей горничной, стоит парень. Взгляд задерживается, потому что мужчина вызывает любопытство.
Я не привыкла видеть охрану без костюмов, сколько себя помню, все отцовские псы ходили в костюмах и накрахмаленных рубашках. Тот, кто стоит в дверях, одет в косуху чёрного цвета, тёмные джинсы, чёрную футболку и ботинки.
Высокий брюнет, с выточенными скулами, прямым носом и сведённой челюстью, покрытой лёгкой щетиной, смотрит прямо на нас. Глаза цвета ночи медленно, можно даже сказать лениво, обводят гостиную, простреливая обитателей комнаты.
Суровый, мужественный и жёсткий, как кажется по первому впечатлению.
– Мистер Райт, рады, что вы согласились на встречу, – сквозь это мгновение я слышу твёрдый голос отца.
– Мистер Кауфман. – низким голосом кивает объект, полностью завладевший моим вниманием.
– Это моя супруга Эделин и дочь Эрика, – представляет отец, на что мама приветствует гостя, а я так и сижу не в силах оторвать взгляд.
– Я изучал дело.
– Присаживайтесь. Ужин сейчас подадут. – кивает мама прислуге.
– У меня не так много времени. Благодарю. – глаза встречаются с моими, и я не вижу ничего, ни одного проявления эмоции, будто пустые: – У входа камера не даёт обзор на триста шестьдесят градусов. Расстановка охраны имеет слепые зоны, благодаря которым любой рецидивист со стажем может смело попасть в ваш дом. Защита видеофоном – это хрень полная. – возвращая взгляд на отца, ровным хриплым баритоном начинает он: – Только за это нужно избавиться от начальника вашей охраны. – не сбавляя тона, не заискивая перед отцом, отвечает этот парень.