— Братья, она обманула нас! — выкрикнул варвар, оторвавшись от вылизывания промежности девушки. — Я залез настолько глубоко, насколько смог, а лисьего хвоста не сыскал! За обман ответишь, плутовка!
— Ответишь за обман! — весело откликнулись прочие варвары.
Рамми и пикнуть не успела, как ей подбили ноги, и поставили на четвереньки. Без всяких прелюдий дикарь засунул толстый член в обслюнявленное влагалище, и сразу же разогнался до предела, пихая со всей скоростью и мочью.
Ошарашенная столь резким проникновением, Рамми выпучила глаза и широко открыла рот. Не теряя момент, варвар сразу же ткнул в него пенисом, и начал толкать его с не меньшей силой, чем товарищ позади девушки.
Другие варвары продолжали лапать Рамми, тёрлись об неё членами или постукивали ими по голове, спине и заднице. Трахаясь на первобытный манер, дикари даже не заботились, чтоб каждый толчок тазом достигал цели. Если член выскальзывал из влагалища, варвар не останавливался, чтобы вставить его обратно, а тупо пихал куда попало. Один раз так на полном ходу залетел в анус, заставив девушку крякнуть от неожиданности.
Стараясь занять место у рта или задницы, варвары отталкивали друг друга, а порой и обменивались тумаками, так что периодически вокруг Рамми вспыхивали короткие драки. При этом, даже трахаясь, дикари не переставали пьянствовать, так что иногда на девушку лилась медовуха, когда кто-то небрежно отхлёбывал из бурдюка.
Но настал черёд и для другой жидкости: зарычав, варвар плеснул в лицо Рамми спермой. А потом размазал её, водя членом по щекам девушки. Захрипел дикарь сзади и замер, спуская семя в задницу.
— Свали, ты тут не один!
Его ногой отпихнул товарищ, сразу же навис над Рамми, и нацелил пенис в широко раскрытое красное отверстие. Так дикари то и дело сменяли друг друга, иногда ставя девушку в разные позы…
Только спустя несколько часов она заковыляла наружу.
— Обманщица, лисьего хвоста нет у тебя! — бросил ей кто-то вслед.
У Рамми не осталось сил на ответ, раскоряченной походкой она кое-как добралась до шатра Спасателей. Там сидела только Хильда.
— Эй, ты чего такая помятая и вся взмыленная?
Рамми грузно опустилась на плащ, и привалилась к котомке.
— А? — Лисий Хвост откликнулась на вопрос только спустя несколько долгих мгновений, будто слова жрицы доносились эхом откуда-то издалека. — Да так… Ходила знакомиться с обычаями племён для расширения кругозора. Вот, была у Стальных Мышц.
Девушка говорила усталым и меланхоличным тоном.
— О-о, как здорово! — Хильда похлопала в ладоши. — Мне тоже надо к ним заглянуть! Миссионерством у них заняться, обратить в благую веру, познакомить с цивилизацией.
С Лисьего Хвоста разом слетела вся отрешённость. Рамми быстро подползла на коленях к Хильде, крепко схватила её за плечи, и затрясла, говоря тревожным голосом:
— Нет, Хильда! Тебе там делать нечего! Поверь мне! Не ходи туда, понятно⁈
— Ух… Ладно, как скажешь, — озадаченно ответила жрица, почёсывая затылок.
Через два дня орда зеленокожих зашла в ущелье. Выстроились племена варваров, готовясь к большому сражению.
Сражение
Боевое возбуждение охватило тысячи варваров. Вожди племён толкали речи перед воинами, над воздетыми копьями и топорами неслись воинственные кличи, которые, достигнув гор, эхом отражались по всему ущелью. Кто-то размахивал оружием, кто-то бил себя в грудь, а кто-то выкрикивал бранные слова в сторону зеленокожих. Степные Волчицы хором завывали подобно настоящей стае, дикари Стальных Мышц пригибались к земле и рычали.
Страшная армия берсерков, которая в любой миг грозила сорваться неудержимой волной, сметающей всё на своём пути.
Но и в куда более многочисленной армии зеленокожих царило боевое оживление. Ревели орки, копошились полчища гоблинов, тролли потрясали костяными палицами; от нетерпения огры раздавали тумаки всем, кто оказался под носом; горные великаны игриво вертели в руках метательные валуны, а шаманы и шаманки устроили ритуальные танцы.
Наконец, два войска двинулись навстречу друг другу. Тысячи против десятков тысяч.
— Пора и нам топать, — сказала Лабдорис, наблюдая за движением армией с подножия горы. — Держимся в тени рощ у края ущелья. Идём!