Брук, не привыкший к новому облику, чувствовал себя, мягко говоря, неловко. Ему казалось, что все подозрительно пялятся на него, что вот-вот заметят, как где-то проявилась светлая кожа, и тогда набросятся всем скопом. А ведь это сердце орды, как ни сражайся — задавят числом!
Тем не менее группа беспрепятственно добралась до свободной площадки, на которой проводился общий сбор.
— Эй вы! Созывайте всех! — властно произнесла Кэя гоблинам, скучающим у барабанов.
Ушастые коротышки вскочили как ужаленные, схватили большие кости, и встали у барабанов. Переглянувшись, гоблины одновременно ударили по кожаным мембранам. Тяжёлый «бум» разнёсся по лагерю. А потом барабанщики громыхнули ещё раз. И ещё. Один гоблин набрал в грудь воздуха, и со всей мочи дунул в рог, аж длинные уши задёргались.
— Ждём, — промолвила Кэя. — Я подсуетилась, распространив некоторые слухи. Так что, быть может, тебе не придётся через бой доказывать право оспорить место верховного вождя.
Ближайшие зеленокожие стекались к месту общего сбора. Гоблины-барабанщики повторяли призыв каждые несколько минут. Площадку широким кругом обступили сперва десятки зеленокожих, затем сотни, а потом и тысячные полчища толпились и гомонили на сборе. Гоблины пролезали к передним рядам под ногами орков, взбирались на пояса или плечи огров, троллей или даже великанов, чтоб лучше видеть площадку.
Все расступились, пропуская идущего Грумлака. Если какой орк или гоблин задерживался на его пути, то получал пинок или мощный толчок плечом, от которого терял равновесие. Орк Грумлак был на голову выше любого из сородичей, а по ширине плеч не уступал огру. Мускулистые руки, грудь и лицо покрывала сеть как из тонких шрамов, оставленных режущим оружием, так и из кривых отметин после укусов или ударов когтями. Среди чёрных волос, собранных в конский хвост, выделялась седина. И если этот орк сумел дожить до неё, то это свидетельствовало не только о силе, но и незаурядном для зеленокожих уме. Имея только один глаз, Грумлак осмотрел собравшихся, и остановил взор на верховной шаманке.
Орда притихла, ожидая слов старших.
— Ты созвала всеобщий сбор? — пробасил Грумлак, обращаясь к шаманке Кэе. — Не предупредив меня? Зачем?
— Да, я созвала, — уверенно ответила Кэя. — И о таком не предупреждают, но говорят прямо, во всеуслышание. Видишь ли, Грумлак, о твоём имени пошла недобрая молва. Дескать, верховный вождь позволяет орде долго простаиваться на одном месте потому, что страшится вести её на войну против человечьего королевства…
Грумлак расхохотался во всю мощь лёгких. Он сразу понял, к чему клонит верховная шаманка, которая сама же задерживала орду под разными предлогами.
— Но, быть может, то лишь глупые слухи, распускаемые трусливыми недоброжелателями, — продолжила Кэя, понизив голос. — Если же так, то тебе не составит труда ещё раз подтвердить своё главенство силой и яростью, как принято у орков. Ведь у идущих за верховным вождём всей орды не должно рождаться сомнений в его духе.
— Будь по-твоему, верховная, — легко согласился Грумлак, поигрывая мускулистыми плечами. — Мне как раз стало скучно и сегодня не помешает развлечение, а мой топор изголодался по крови и хрусту кустей. Вот только… кто сомневается в моём праве быть верховным вождём?..
Грумлак медленно направил взор вдоль обширного круга зеленокожих. Встречаясь с его взглядом, многие орки, тролли и даже огры покорно опускали глаза. Кэя толкнула локтем Брука.
«Да какого демона⁈ — он пару раз вздохнул, преодолевая внезапно нахлынувшую робость. — Я сразил владычицу демонов Лакхесис! Мне ли страшиться орка, пускай даже такого большого⁈»
Брук сделал несколько шагов вперёд.
— Я бросаю тебе вызов! — крикнул варвар-орк. — Я из племени верховной шаманки! Моё имя… э-э…
— Курб, — тихо подсказала Кэя.
— Круп! — закончил Брук.
Грумлак уставился на выскочку испытывающим взором. И несколько секунд изучал его.
— Я не видел тебя ранее и не слышал о тебе, — сказал Грумлак.
— Это герой, прославившийся в битве с варварами! — орк позади Брука потряс копьём. — Воины нашего племени свидетельствуют о его доблести!