Эта глава – о том самом первом, самом страшном и самом необходимом этапе. О том, как не сбежать от себя в минуту крушения. О том, как разрешить себе быть слабой, чтобы однажды стать по-настоящему сильной. О том, как оплакать сгоревший сад, чтобы на его месте мог вырасти новый.
Право на слабость
Когда ко мне на консультацию приходит женщина, переживающая кризис, я часто задаю один и тот же вопрос: «Что вы чувствуете прямо сейчас, когда говорите об этом?» И в ответ почти всегда вижу борьбу. Глаза наполняются слезами, губы начинают дрожать, но через секунду женщина берет себя в руки, выдыхает и говорит: «Все нормально. Я справлюсь. Надо держаться».
Этот рефлекс – «надо держаться» – вбивается в нас с пеленок. Девочек особенно. Мальчикам говорят «не плачь, ты же мужчина», но девочкам внушают другое: «будь хорошей, не расстраивай маму», «не капризничай», «не показывай слабость», «терпи». Мы вырастаем с убеждением, что проявлять свои настоящие чувства – стыдно, неприлично, опасно. Что это оттолкнет от нас людей. Что нас перестанут любить. Что нас сочтут истеричками, неудачницами, слабачками.
Но давайте посмотрим правде в глаза: слабость – это не то, за что нас можно осуждать. Слабость – это естественное состояние раненого существа. Если вы поранили ногу, вы не бежите марафон. Вы останавливаетесь, обрабатываете рану, даете ей зажить. Почему с душой должно быть иначе?
Токсичный позитив – одно из самых страшных изобретений современной поп-психологии. Это культ улыбки, культ «хорошего настроения», культ обязательного счастья, который делает нас несчастнее во сто крат. Когда мир рушится, а нам говорят «мысли позитивно» – это не помощь. Это насилие. Это попытка заткнуть нам рот, запретить нашу боль, обесценить наши чувства.
Я помню женщину, которую привели подруги – они говорили: «Она совсем расклеилась после развода, помогите ей взять себя в руки». Женщина сидела передо мной и сквозь слезы повторяла: «Я понимаю, что надо радоваться. У меня есть дети, работа, здоровье. Я должна быть благодарной. Но внутри такая пустота, такая боль… Что со мной не так?»
Со мной не так? С ней было всё так. С ней было именно так, как должно быть с человеком, который потерял важную часть своей жизни. Пятнадцать лет брака, общие планы, общий дом, общие привычки – всё это не исчезает в один день без следа. Даже если развод был правильным решением, даже если отношения себя изжили, даже если впереди новая жизнь – боль от потери остается. И она имеет право быть.
Но что мы делаем обычно? Мы начинаем эту боль глушить. Работой, алкоголем, новыми отношениями, путешествиями, шопингом, соцсетями – чем угодно, лишь бы не чувствовать. Мы закидываем рану цементом сверху, делаем вид, что ее нет, и удивляемся, почему внутри так ноет. А цемент трескается. Рана гноится. Инфекция расползается по всему организму.
Прожить боль – значит дать ей место. Значит признать: да, мне больно. Да, я страдаю. Да, я имею право на эту слабость. Я имею право плакать, кричать, падать на пол, не выходить из дома, не отвечать на звонки. Я имею право быть не в ресурсе, не продуктивной, не успешной. Я имею право развалиться на куски, потому что, только развалившись до конца, можно потом собрать себя заново – осознанно, по кусочкам, в новом порядке.
Есть одно важное различие, которое я всегда объясняю своим клиенткам: слабость и беспомощность – это не одно и то же. Беспомощность – это состояние «я не могу ничего изменить, я жертва, всё пропало». Слабость – это состояние «я разрешаю себе чувствовать то, что чувствую, чтобы пройти через это и выйти с другой стороны». Слабость – это не капитуляция. Это стратегия. Это мудрость тела, которое знает: рану надо обработать, а не заклеить пластырем поверх грязи.
В моменты кризиса мы часто боимся, что, если позволим себе упасть – не встанем. Что если дадим волю слезам – они никогда не закончатся. Что если признаем свое отчаяние – оно поглотит нас целиком. Но практика показывает обратное: слезы заканчиваются. Отчаяние переживается. Самое страшное, если его проживать, оказывается не бесконечным. Оно имеет начало, середину и конец. А вот невыплаканные слезы не заканчиваются никогда. Они копятся годами и однажды топят нас в океане горя, которое уже не имеет отношения к текущему моменту, а является суммой всей непрожитой боли за всю жизнь.