VUS HAAR
Мудрецы Древнего Вавилона о строении Вселенной
Мудрецы Древнего Вавилона о строении Вселенной
Пролог
Прежде чем греческие философы назвали звезды именами своих героев, прежде чем Пифагор впервые предположил шарообразность Земли, прежде чем Евдокс построил свою систему гомоцентрических сфер, прежде чем Птолемей создал «Альмагест», служивший астрономам полторы тысячи лет, на протяжении почти двух тысячелетий жрецы Междуречья вели счет времени. Их глаза каждую ясную ночь были устремлены в небо, которое они называли «вышние воды», отделенные от вод земных небесной твердью, сотворенной богом Мардуком из тела побежденной праматери хаоса Тиамат. Эта книга – попытка услышать их голоса, запечатленные клинописью на тысячах глиняных табличек, голоса людей, которые первыми в истории человечества научились не просто наблюдать за небом, но вычислять путь Луны и предсказывать появление Венеры с точностью, поражающей даже современных исследователей.
Мы привыкли считать родоначальниками научной астрономии эллинов. Действительно, именно греки создали первую геометрическую модель космоса, именно они впервые задались вопросом о физической природе небесных тел, именно им мы обязаны самим словом «космос», означающим «порядок» и «красоту». Но задолго до Фалеса Милетского, задолго до Анаксимандра и Анаксимена, в храмовых школах Ура, Ниппура, Вавилона и Борсиппы писцы составляли таблицы, фиксировали наблюдения и разрабатывали математические методы, которые поражают своей сложностью и точностью даже современных исследователей. Они не спрашивали «почему» в нашем понимании, они не строили физических моделей, объясняющих механизм небесных движений; они искали ритм – священный ритм, в котором живет Вселенная, созданная богами. Вавилонянин видел мир иначе, чем видим его мы: для него небо было раскрытой книгой божественного письма, где каждая планета – это бог, проходящий этапы своего рождения, взросления, умирания и воскресения, где каждая звезда – это буква священного алфавита, а движения светил – это предложения, которые мудрый жрец должен уметь читать и истолковывать.
Мы почти ничего не знаем о лицах этих людей. До нас не дошли их портреты, скульптуры, подробные биографии. Их имена – Набу-зукуп-кену, Иддин-Набу, Ана-Бел-илу, Мардук-зер-ибни – звучат для современного уха как заклинания из забытых ритуалов. Но их умственный труд сохранился в десятках тысяч фрагментов клинописных табличек, которые археологи извлекают из песков Ирака и Сирии вот уже двести лет. Они оставили нам не просто случайные наблюдения, а стройную систему предсказаний – первую в истории человечества вычислительную астрономию, основанную не на геометрических моделях, а на сложнейших арифметических прогрессиях и циклических закономерностях. Они знали, что Сатурн возвращается на то же место небесной сферы через 59 лет, а Юпитер имеет два разных цикла – 71 год и 83 года – и умели сводить эти периоды в единую сетку так называемых «целевых годов», позволявшую предсказывать положения планет на десятилетия вперед.
Мир в их представлении выглядел совершенно иначе, чем в нашем современном понимании. Земля стояла на пресном подземном океане Абзу, покоилась на его водах, как огромная круглая или, возможно, квадратная глиняная пластина. Сверху она была накрыта небесным валом – твердью, сделанной из драгоценного камня ляпис-лазури, который вращался вокруг оси, упирающейся в далекую гору восхода на востоке и гору заката на западе. На этой тверди, как светильники, были закреплены звезды, и только пять планет – «диких баранов» или «козлов» – обладали способностью нарушать идеальный порядок, блуждая между неподвижными светилами по своим таинственным путям. И при этой кажущейся наивности космологии, они считали углы, измеряли время не в часах, а в градусах и минутах (наследие их гениальной шестидесятеричной системы счисления) и точно знали, что Луна движется по небу то быстрее, то медленнее, хотя и не могли объяснить этого физически, не имея понятия об эллиптических орбитах.
Эта книга построена как уникальная галерея интеллектуальных портретов. Мы пройдем по вехам тысячелетней истории: от первых писцов III династии Ура в конце III тысячелетия до нашей эры, которые только начинали фиксировать названия звезд и связывать их с богами, через так называемые «темные века» середины II тысячелетия, когда знание сохранялось лишь в немногих храмовых школах, к расцвету новоассирийской и нововавилонской науки в I тысячелетии, когда астрономы были неотъемлемой частью царского двора, и завершим эпохой Селевкидов, когда вавилонские таблицы читали и переводили уже греки, а последние вавилонские мудрецы учили эллинистических царей тайнам неба. Каждый из 85 героев добавил свой уникальный штрих в общую картину мироздания: кто-то уточнил длину года на несколько минут, кто-то впервые открыл сарос – великий 18-летний цикл повторения затмений, кто-то систематизировал созвездия, ставшие прообразом нашего привычного Зодиака, кто-то разработал математический аппарат, позволявший рассчитывать моменты соединений планет.