– Я пирожное хочу, – Женя снова вызвал меню. – Ещё кто-то будет?
– Жми на всех, – скомандовал Вик.
Из стола выехали «Испытания»: на голубых сахарных листьях – продолговатые трубочки, на розовых – шарики в глазури. Тори быстро, по-обезьяньи запихнула в рот шарик, отчего её щека оттопырилась, пожевала и одобрительно помычала – вкусно. Арс подумал, что пора завязать беседу: надо поближе узнать друг друга. Но ни один нейтральный повод на ум, как назло, не приходил. Что спросить у людей, которых совершенно не знаешь, так, чтобы они захотели ответить? Единственное, что вертелось в голове, – то, о чём он летом всегда старался забыть.
– Вы в универшке по какому направлению?
Женя сразу надулся. Он единственный из всей компании учился ещё не в универшке, а в школе. Зато перешел в последний седьмой класс. С ума сойти, сколько человеку надо учиться! Сначала с трёх до девяти лет в школе. Правда, там не столько учатся, сколько играют. Затем – универшка. А там уже нужно выбирать, чем хочешь в жизни заниматься. В универшке изучают не много предметов по чуть-чуть, а чуть-чуть предметов помногу. А если хочется быть и тем, и тем? Жене и конструировать интересно, и придумывать многоуровневые дороги, и космостражем стать, и открывать что-то новое… Наверное, он всё-таки выберет космос. А за семь лет в универшке решит, что именно из космических специальностей ему нравится больше. Это Арсу пора обдумывать, в какой университет идти через три года, а у него ещё есть время. Но всё же братец свинья – это он специально спросил про направления, чтобы его выставить маленьким…
Но страдания юного Жени никто не заметил.
– У ея иия, – с набитым ртом ответил Вик.
– Что? – не понял Арс.
– Химия у него, – пояснила Тори. – А у меня искусство. Не то чтобы я его люблю, просто это самое лёгкое.
– Клавдия, а у тебя?
– История.
– О, у меня тоже.
– А у меня будет космос, – не выдержал Женя.
– Космос будет у всех. На это лето. А Гена, кстати, ничего, по делу. Остальные так, ни о чём, – поменял тему Вик, откусывая от трубочки.
– Ты не прав, – осторожно заметил Арс. – Мы летим в безопасный разведанный космос, там практически исключены нештатные ситуации. Поэтому важнее то, что поможет нам принести пользу в экспедиции. Я, например, хочу закладывать новые города, а не сражаться с кем-то.
– А я хочу привезти какого-нибудь планетянина, – сказал Женя. – Я осторожно. Я даже ящик специальный сделал. Приручу его, будет мой домашний планетянин.
– Надо говорить «инопланетянин», – поправила его Тори. – Не знаешь, что ли?
– Какой смысл удлинять слово, если и так понятно, что речь о существах с другой планеты. Ты же не скажешь «этопланетянин» про землян. Поэтому просто – планетянин. Язык надо уточнять, он возмутительно неточен! Ох уж эти женщины, всё-то им объяснять приходится, – Женя важно потянул коктейль через соломинку.
– Умник нашёлся! Я, между прочим, старше тебя, мне уже десять! – взвилась Тори.
– Мадмуазель, мы полны уважения к вашим старческим сединам, но возраст – ещё не свидетельство ума! – поддержал брата Арс.
Тори вспыхнула, Вик хотел придумать какую-нибудь колкость, но никак не мог и страшно злился, потому что сестру надо было защищать. Близнецы могли сколько угодно ругаться между собой, но как только появлялся внешний враг, в них мгновенно просыпалась солидарность.
– Ладно, брейк! – Арс примирительно поднял руку. – Важно вот что: мы полноправные космисты, а нас ни о чём не информируют.
– Может, взрослым кажется, что мы и сами всё знаем? – спросил Вик.
– Неа. Мама, когда мы к ней пристаём, говорит: «Многие знания увеличивают печали». А папа всё со своими макетиками возится. Давайте выясним, что знает каждый из нас. Мама сказала, что мы летим на Астрей строить тренировочные городки, сажать растения и оставлять там животных. Всё.
– Наших бесполезно спрашивать, они у нас айсп-родители, – мрачно сказал Вик. – В смысле, мы их только по айспу и видим. Они нам днем вчера айспнули – ждем в «Млечке», пятый лаб. Зачем? Ненавижу эту манеру родителей – все должны сами обо всём догадываться!
– Ага, мама говорит, что если всем всё разжёвывать, наука будет стоять на месте! И что надо всё открывать самим. А если что-то уже открыто, зачем это открывать заново? – поддакнула Тори.