– Как один из сотен вариантов.
– Осмелюсь спросить, а с нашей стороны затевается нечто подобное?
– На войне все средства хороши, – загадочно ответил Викент.
– То есть…
– Довольно вопросов, Шерман, – решительно прервал алхимика Валькерий. – В отличие от Иллариона на подобное я не способен. Наши задачи сейчас: как можно лучше подготовить Айноу и максимально обезопасить его. А когда он будет готов, я уверен, он сам сможет постоять за себя в любой ситуации.
– Так оно и будет, так оно и будет, – согласно закивал Шит.
– Шерман, вчера ты спрашивал меня, чем ещё можешь быть полезен Храму. Что ж, я скажу тебе чем. Завтра я отправляю к Иллариону посольство с моим письмом. Несколько опытных магов, умеющих вести переговоры. Но возглавишь их, как член Совета, именно ты.
– То есть? – опешил Шерман.
– То есть тебя ждёт путь на Восток в Храм нашего врага Иллариона Иергарха, где ты будешь официально представлять меня и весь Запад.
– Э-э-э…
– Шит! – прошипел Камаранелли. – Веди себя как маг!
– Это честь для меня, Ваше Всесилие! – выдавил из себя алхимик.
– Ну вот и хорошо. Жду тебя здесь завтра на рассвете. Можно без Йоргена, – улыбнулся Викент.
Спустя несколько минут Камаранелли и Шит уже находились далеко от башни Викента. И только в этот момент к Шерману пришло осознание всей ответственности, возложенной на его плечи самим Богом Запада. Облокотившись на стену, алхимик остановился и перевёл дух.
– Чего раскис? Твой карьерный рост продолжается, – поддержал его Камаранелли. – Теперь бедняга Макхаббит совсем слюной изойдёт. Его за пятьдесят лет в Совете ни разу никуда не отправляли дальше Геманна.
– Лицемерный ублюдок, вот он кто, – буркнул Шит. – Успел же нас опередить. Мне показалось, или Всесильный был на его стороне?
– Не показалось. Макхаббит опасен и хитёр. С ним нельзя идти на открытое противостояние. Он очень хорошо втёрся в доверие к Викенту. Так что мне стоит быть начеку. Возможно, кресло подо мной уже кто-то пилит.
– Почему именно я, Йорген? Зачем Его Всесилию отправлять с посольством меня?
– А почему бы и нет? Задание не сложное, но довольно значимое. Ты же знаешь, Викент постоянно проверяет, кто на что способен. Сейчас ты в фаворитах. Главное не подвести его, чтобы и впредь оставаться на вершине. Но, думаю, с этим ты справишься.
– Надеюсь, что так…
Второй день был на исходе. Последние лучи скрывшегося за горным хребтом солнца медленно, но верно уступали сумраку. Похолодало. Чтобы хоть как-то согреться Марк ускорил шаг и принялся растирать руками плечи.
Приложив неимоверные усилия и преодолев полсотни метров вертикального подъёма по скалам, Марк ещё вчера выбрался на каменистую тропу, неизвестно кем и неизвестно когда проложенную. Карабкаясь, он старался делать привалы на пологих участках и, прячась за выступами или редкими кустарниками, подолгу разглядывал внизу хоть какие-то признаки храмовницы. В какой-то момент он увидел тёмный силуэт, быстро двигавшийся в сторону родника. Вжавшись в камни, он затаил дыхание. Фигура несколько минут простояла у подножия скал, а затем побежала прочь по направлению к ближайшему перевалу. Переждав ещё какое-то время, Марк продолжил своё восхождение и вскоре заметил в небольшом ущелье таинственную тропу. Посмотрев на свои трясущиеся, покрытые мозолями и запёкшейся кровью руки, Марк вздохнул с облегчением – самое сложное осталось позади. Здесь, на этой тропе, он, по крайней мере, будет надёжно сокрыт от своей преследовательницы. Недолго думая, он осторожно скатился вниз по идеально гладкому крутому склону.
Судя по отлично обтёсанным камням, тропа эта явно была рукотворной, вот только нога человека по всем признакам не ступала здесь очень давно. Ни на одной карте окрестностей тропы этой не значилось – Марк знал это очень хорошо ещё из школьной программы. Извилистая дорога петляла, то и дело огибая горные выступы, но шла приблизительно в одном и том же направлении. Обратного пути не было – вскарабкаться по скользкому склону наверх было невозможно.
Первую ночь среди безжизненного холода окружавших скал, Марк перенёс относительно легко. Свернувшись калачом меж двух валунов, он даже умудрился немного поспать. Собрав по утру немного росы, ему удалось утолить жажду. Но вот по поводу второй ночёвки у него были большие сомнения. Тропа становилась всё уже. Марку жутко хотелось есть. В горле пересохло, но раздобыть воды попросту было негде. Только сейчас он начал осознавать, что за два дня на пути ему не встретилось ни единого живого существа и ни единого растения. Конечно, скалы никогда не были дружелюбны к путникам, но хоть что-то же должно было здесь расти! Страх погони, заставивший его забраться в эти дебри, потихоньку исчезал, а на смену ему пришло ощущение безысходности. Марк чувствовал, как начинает терять над собой контроль.