Примерно в полдень они отправились дальше. Когда они сели в машину, Илья на всякий случай еще раз уточнил:
– Извини, что спрашиваю… От меня по-прежнему не воняет?
Жаба смущенно переступила лапками, потом робко сообщила:
– Нет, не пахнет. Я же тебе говорила…
– Важность личной гигиены усвоена опытным путем без анестезии. Спасибо! – улыбнулся Илья. Вспомнил о своей голливудской улыбке и отвернулся к окну. – Я даже дезодорант купил! – похвастался он. – Ну, поехали!
Однако путешествие недолго было приятным. Практически в каждом городке амфибия чувствовала беспокойство и виновато объясняла, что лучше бы им здесь не останавливаться. Илья хмурился. Интуиции Василисы он доверял, но и совсем не останавливаться не мог: нужен был бензин, еда. Но больше всего ему не нравилось ощущение, что они в западне, словно их обложили со всех сторон.
Наконец они набрели на какую-то развилку. Илья остановил машину и стал рассматривать карту, благо сеть здесь была. Минут через пять вынес вердикт:
– Давай срежем здесь путь? Дорога плохонькая, но короче. «Нива» не пострадает, зато есть шанс, что там нас никто не ждет.
Василиса прислушалась к себе и одобрительно квакнула.
И начались русские горки. Куда там американским! Жаба узнала, что умеет летать. Илья узнал, что встреча головы и потолка в машине не так уж безболезненна при его весе. Шторм радостно тявкал после каждого кульбита.
А потом хлынул дождь. Хлынул так, будто кто-то на небесах включил душ и стал старательно их поливать. Дворники не справлялись с потоками, Илья ехал почти вслепую, боясь притормозить. Амфибия и Шторм притихли: все чувствовали, что такой потоп без объявления войны – без усиливающегося ветра, без тучек – не мог быть случайным, и с замиранием сердца ждали, чем всё это закончится.
Вселенная осталась верна себе: машина нырнула в очередную лужу, мотор взвыл надсадно, но колеса словно проворачивались в воздухе, не цепляя землю.
– Ну же! – взмолился Илья, однако не был услышан, и, сделав еще пару попыток, заглушил мотор. – Приехали, – упавшим голосом сообщил он. – Я бы даже сказал, приплыли.
Жаба сидела в коробке, сжавшись, и смотрела тоскливыми слезящимися глазами. Илья почувствовал прилив благодарности – молчит, не говорит: «Куда ты, идиотина, меня завез?»
– Ну ты это, – промямлил он, – не плачь. Сейчас порешаем чего-нить. В крайнем случае мы со Штормом выйдем, пока ты переодеваешься.
Лягушка только закрыла глаза. Илья с тоской посмотрел на непрекращающийся ливень, затем повернулся к Шторму.
– Придется тебе нас выручать.
Пес в ответ поджал хвост и закрыл глаза лапой. Он не хотел никого выручать, и Илья его прекрасно понимал. Да и не очень верил в эту затею. Это только в кино понятливая собака бежала к тому, кому нужно, и каким-то образом объясняла, куда идти и кого спасать. Шторм – пес умный, поэтому, побежит в укрытие и будет сидеть там, пока не пройдет дождь.
Но амфибия вдруг воспряла.
– Я могу его зачаровать! – квакнула она. – У меня с животными хорошо получается.
Илья с сомнением посмотрел на овчарку. Спастись хотелось, но приносить друга в жертву жабе, пусть и такой красивой, было как-то подло. Шторм попытался забиться под заднее сиденье.
– Ему это не повредит, – доказывала Василиса. – Магия абсолютно безвредна, просто он не будет носиться по дождю без толку, а отправится напрямую к тому, кто может помочь. И непременно доставит этого человека к нам. Максимум, что ему грозит, – прогулка по теплому летнему дождю в течение получаса.
Илья скрепился и мужественно произнес:
– Шторм, тебе придется это сделать, иначе мы утонем в грязи. – Пес ответил невнятным скулежом. – Василиса обещает, что сохранит твой мозг в здравии, а у нас нет оснований не доверять ей. – Шторм еще отчетливей и громче заскулил. – Хватит уже! – укоризненно бросил ему Илья. – Ты мужик или где? Давай сюда свою морду. Не позорь меня и сам не позорься, не заставляй тебя держать.
Шторм просунул морду между сиденьями и жалобно уставился на хозяина.
– Еще один с глазами на мокром месте! – горестно вздохнул Илья. – Вот нравится вам, когда я себя виноватым чувствую! – сказал он и осекся. Осторожно глянул в коробку. Жаба демонстративно повернулась к Шторму. Теперь эти двое смотрели друг на друга так, будто безмолвно рассказывали, какое адское терпение надо иметь, когда имеешь дело с Ильей. Он еле сдержался, чтобы не фыркнуть, и снова уставился в окно, по которому сплошным потоком текла вода.