Вот что пишет Мустафазаде Д.Т. «Нынешняя система зиждется на принципе «запомни и воспроизведи». А где педагогика мышления? Ведь медицинское мышление нельзя выстроить без обращения к философии. И конечно, же философия в медицине должна быть в первую очередь философией медицины».
Помниться, в 70-80-е гг. прошлого столетия, философию медицины мы познавали по единственному на то время учебнику Царегородцева – доктора философских наук, профессора, специализированного на философских проблемах медицины и биологии. В сравнительном аспекте, даже на сегодня в этой сфере царит застой, хотя существуют ряд учебников и учебных пособий по философии медицины. Причин тому много.
Мы солидарны с мнением Мустафазаде Д.Т. о том, что нынешние философы не хотят заниматься медициной, поскольку престижными и модными стали совсем другие сферы. В частности, философское осмысление проблем искусственного интеллекта, робототехники, внеземного разума, трансфера сознания и пр. Ну, а с другой стороны, сами медики сегодня не хотят идти в философию, поскольку резко усилились идеалы чисто профессионального подхода в медицине, не желающего признавать ничего выходящего за границы выбранной специализации.
Естественно, возникает вопрос: разве современной медицине, когда она стала глубоко эшалонированной, по сути, биоинженерной сферой деятельности, философия не нужна? В таком случае, нужна ли нам медицина с неосмысленной сутью? Осмысливая вопросы философского осмысления новых проблем современной медицины, в том числе хирургии, я в свое время писал: – «Хирургия слишком серьезная специальность, чтобы ею занимались лишь хирурги». Ведь сейчас хирургия – это скорее биоинженерная специальность, а не просто рукоделие, как таковое.
По большому счету, для философии, авторы данной книги – «пришельцы», так как, действительно, в философию «завалились» из медицины. Однако, известно, что новые результаты в науке появляются именно в русле таких концепций, как концепции «пришельцев» и концепции побочных результатов исследования. Что значит «пришелец»? Во-первых, это человек, который приходит в философию из другой области науку, то есть это специалист, не связанный с философскими традициями, и делает то, что не могут сделать философы, так как он, несомненно, обладает знаниями и опытом выявления «философского факта». Во-вторых, этот специалист привносит в новую область исследований какие-то методы или подходы, которые для философии не характерны, но помогают профессионально, то есть компетентностно осмыслить тот самый «философский факт» и предложить на этой основе новое решение соответствующей проблемы.
Если в первом случае для нас важна личность ученого или специалиста, освободившегося от стереотипов и способного к самостоятельному осмыслению, то есть к творчеству, то во втором – решающее значение приобретают те методы, которыми он владеет, те традиции работы, которые он с собой принес, сочетаемость, совместимость этих методов и традиций с атмосферой той области знания, куда они перенесены.
Разумеется, что для успешного развития философии медицины оптимальным является второй вариант, когда тот или иной специалист имеет опыт конкретной деятельности и одновременно опыт философских и методологических обобщений. Если нет такого специалист, то стоит задача по целенаправленного формированию и воспитанию его, так как такой специалист знает проблему «изнутри», а потому, безусловно, эффективен для идейного базиса философии медицины.
В концепция побочных результатов выделение и осознание случайных побочных результатов происходит, с одной стороны, в порядке традиций, которым эти результаты противоречат, а с другой стороны, результат, непреднамеренно полученный в рамках одной из традиций, оказывается существенным для другой. В этом аспекте, развитие медицинской науки и конкретной медицинской специальности на методологическом и философском уровнях, с одной стороны, развитие философской науки и конкретной философской специальности на примере медицинской науки и специальностей, с другой стороны, является важной традицией для успешного развития не только медицины, философии медицины, но и философии в целом.