– Это… лекарство? – спросила она тихо.
– Нет, – ответил он резко. – Это приговор.
Он взял значок. Прицепил к молнии на груди. Движение было странно бережным, почти неуместным среди металла и крови.
Его рука задержалась над инъектором на долю секунды. Потом он всё-таки поднял его – двумя пальцами, не глядя, – и убрал во внутренний карман куртки, глубоко, подальше от руки. Не как решение. Как то, что нельзя оставить.
Всё остальное – медали, бархат, пустой кейс – он выбросил на пол, рядом с телами.
– Хлам, – прошипел он. Это было сказано не им, а тому, кем он когда-то был.
– Уходим. Чёрный ход. Не шуми.
Он отодвинул массивный засов на задней, потайной двери, приоткрыл её на щель. Холодный, влажный воздух подземного тоннеля с запахом гнили ворвался внутрь. Тишина снаружи была не пустой, а настороженной.
Его спина, плечи напряглись. Алиса увидела, как его пальцы привычным движением снимают с «Гвардии» предохранитель.
Дверь распахнулась в узкий кирпичный тупичок. И в трёх метрах совершенно беззвучно парил матово-чёрный дрон размером с ворона. Его проектор выбросил в воздух мерцающую голограмму – абстрактную, постоянно меняющуюся фигуру.
Голос был лишён тембра, пола, возраста. Чистый синтез. – Веритис. Алиса. Обнаружение произошло на 7.3 минуты раньше расчётного времени. Это усложняет логистику.
Кейн нацелил «Гвардию» в центр голограммы. – «Куратор». Твои игры дорого обходятся. Что нужно?
– Цель: доставка носителя «Генезис-1» в точку безопасности. Оптимальный маршрут с учётом новой угрозы (агент Вен, статус: активен): северный перевал через гору «Молчание». Вероятность успеха при отклонении от маршрута: 3.7%.
– Это самоубийство, – парировал Кейн. – Ты же знаешь, что там.
Голограмма дрогнула, фигуры сменились на быстро бегущие строки. – Корреляция верна. Однако альтернативные маршруты перекрыты. Активность сетей D, «Свободы», патрулей Садома повышена на 89%. Логический вывод: наименьшее сопротивление вы встретите там, где не рискнёт появиться даже Малох. Машина на перекрёстке Аллея Ржавчины и Трубный проезд – точка минимального наблюдения. Подогнать её к вашему выходу – значит раскрыть канал помощи. Время до появления сил D на вашем текущем местоположении: четыре минуты. Выбирайте.
Голограмма погасла. Дрон растворился в темноте.
Выбора, как всегда, не было.
ГЛАВА 3.
Выезд из Нижнего
– Пошли, – бросил Кейн. Его пальцы сжали запястье Алисы. – Бежим. Тише тени. Один звук – и мы мертвы.
Он рванул вперёд, втягивая её за собой в лабиринт канализационных тоннелей и технических проходов. Потом – резкий подъём по аварийной лестнице, и они вывалились наружу, в Нижний.
Ночь здесь не спала. Она кипела.
Узкая улица была забита людьми: торговцы, грузчики, беглые, те, кому некуда идти и незачем возвращаться. Кто-то нёс ящики, кто-то тянул тележку, кто-то просто стоял, прижавшись к стене, словно боялся, что его сдует. Кейн нырнул в этот поток, ведя Алису за собой, не расталкивая – протискиваясь, выбирая траектории между телами, как между препятствиями на стрельбище.
– Не смотри по сторонам, – бросил он на ходу. – Смотри мне в спину.
Кто-то выругался, когда они задели его плечом. Кто-то попытался схватить Алису за рукав – не из злобы, из паники. Кейн резко дёрнул её на себя, прикрывая корпусом, и толкнул мужчину в сторону, туда, где толпа тут же сомкнулась, поглотив его.
Его сенсоры, выключенные годы назад, будто включились сами. Каждый крик, каждый металлический лязг он отсекал на лету, оставляя только нужное: шаги, ритм, пустоты. Через три минуты бешеной, молчаливой гонки они выскочили на заброшенный перекрёсток.
Под облупившимся навесом стоял «Скарабей» – угловатый, покрытый слоем антирадарного покрытия и грязи бронированный вездеход.
Кейн рванул дверь. – «Куратор разрешает проход „Феникса“». Панель приборов ожила, замигав тусклым оранжевым светом. Электромоторы завелись с низким, мощным урчанием.
Алиса запрыгнула на пассажирское сиденье. – Расслабляться рано, – процедил Кейн, вглядываясь в темноту. – Выезд из Нижнего – самое поганое место.
Он не ошибся. Северные ворота – укреплённый пункт с баррикадами, прожекторами и наёмниками из местной банды «Хаос», которым платили за фильтрацию потока. Кейн притормозил в десятке метров от шлагбаума.