– Почему только в крупных городах?
– Потому что потоки по империи разбросаны неравномерно, а города, как правило, строились на крупных сплетениях энергетических потоков.
– А Лео называл это магией.
– Можно и так назвать, но это спорно. От магии остались лишь оракулы, или прорицатели. Они видят эти потоки и используют их силу для предсказания будущего. Но и их мало. Ещё раньше императорский дом владел великой силой, но те времена давно прошли.
– Подожди, но раз люди магией не владеют, как удается использовать силу потоков?
Максимилиан на какое-то время замолчал, а после выдал:
– Это никак не связано. Воздействие осуществляется с помощью опосредованных вещей. Например, наличие определенных минералов вблизи потоков может влиять на их форму проявления. А посредством стекла можно отводить тонкие нити от основного течения и наполнять силой необходимые приборы. Главное – после вернуть их обратно в поток.
– Хорошо, смутно, но картина складывается. Тогда ответь, как люди живут вне городов?
Максимилиан посмотрел на меня, как на несмышлёного ребенка.
– Как и всегда жили, с помощью ручного труда. Печи, колодцы, свечи, выгребные ямы.
Я не стала это комментировать. Про себя же отметила, что этот парадоксальный мир умудряется смешивать в себе традиции прошлого и технологии настоящего.
Тем временем мы приехали.
– Мне нужно разобраться с делами, а ты можешь погулять по этой улице, но далеко не уходи.
– Какими делами? – спросила я, вылезая из экипажа.
Максимилиан подал руку.
– Тебе всё нужно знать? – В его голосе слышалось раздражение.
– Нет, вовсе нет, – смиренно произнесла я и уже собралась идти, как он меня окликнул:
– Так, подожди. Вот ламены, – Максимилиан ссыпал мне в руку горсть монет. – Это деньги, трать с умом.
Улица кипела жизнью, вдоль неё тянулись магазины. Со всех сторон раздавались зазывающие голоса. Здесь были прилавки с уже привычной едой и неизвестными мне лакомствами, украшениями и одеждой. Всё на любой вкус. Глаза разбегались, но среди радостного гомона внимание моё привлек тонкий жалобный голосок. Я прислушалась. Метрах в пяти от меня разворачивалась картина, которая никак не вписывалась в эту жизнерадостную обстановку.
Из глубины одного прилавка выглядывала девочка лет восьми.
– Мама, я есть хочу.
– Подожди, милая, скоро придет твой брат, и мы пойдем домой.
Что-то тут было не так.
Я подошла к лавке и не увидела ничего примечательного: зелень, овощи, плетеные украшения. Внимание привлекали красивые платки и разноцветные орехи, которые в чем-то варили прямо на улице. Запах от них исходил очень аппетитный.
– Здравствуйте, сколько стоят орехи?
– Сверток – один ламен.
– Мне тогда два таких же, как те, что вы готовите, – я протянула деньги.
– Вишнёвые, отличный выбор.
– А кто та девочка?
– Какая? – Женщина отчего-то вдруг напряглась и побледнела.