Марк удивленно перечитал. Ему давно никто не писал первым просто так, тем более девушки. Зашел на ее страницу. Алена. Работает в сфере организации выставок и рекламы – судя по фотографиям с мероприятий и репостам статей про маркетинг. Много фотографий с маленькой девочкой лет трех-четырех – видимо, дочка. Посты написаны легко, с юмором, иногда с ноткой самоиронии. Он отметил про себя, что даже в описании рабочих будней не было той фальши, которая его обычно отталкивала. Что-то в ней определенно его зацепило.
Он колебался пару минут: стоит ли отвечать? Уже отвык от знакомств, чувствовал себя неловким и неуверенным. Но потом махнул рукой – а что он, собственно, теряет? И напечатал: «Привет. Почему бы и нет? Комментарий был от души, пиво и правда было отличное :)».
Ответ пришел почти сразу. Завязалась переписка. Они болтали о фестивале, о музыке, о работе. Марк, к своему удивлению, отвечал довольно легко: Алена умела задавать вопросы так, что он, обычно молчун, вдруг разговорился о любимой рок-группе, забыв о своей обычной скованности.
На следующий день она написала: «Извини, вчера убежала. Сейчас еду на пары – пытаюсь научить студентов уму-разуму :)». Пары? Оказалось, Алена по выходным преподавала основы маркетинга в местном университете. Она рассказывала об этом с юмором, делилась забавными историями про студентов. Марк читал ее сообщения, и ему становилось все интереснее. Он давно не общался с девушками, которые не только чего-то хотели от жизни, но и сами горели каким-то делом, стремились к развитию. В Алене чувствовалась эта внутренняя энергия, которой ему самому так отчаянно не хватало.
Их общение в сети быстро переросло в желание встретиться. Марк волновался перед первой встречей как подросток. Они договорились выпить кофе в небольшой уютной кофейне в центре города. Алена оказалась еще симпатичнее, чем на фото: живая мимика, заразительный смех, умный взгляд. Марк, обычно замкнутый и скованный с незнакомыми людьми, с удивлением обнаружил, что ему легко и интересно с ней разговаривать.
Она рассказала о своей работе в ивент-агентстве – о вечном цейтноте, капризных клиентах, но и об азарте удачных проектов. О своем недавнем, тоже непростом разводе. И о дочке Лизе, которой было три с половиной года, и о том, что они живут в небольшой, но уютной студии. Марк слушал, немного напрягшись при упоминании ребенка, – это была для него новая, неизведанная территория. Но Алена говорила об этом спокойно, без надрыва и не пытаясь его чем-то «нагрузить». Она просто делилась своей жизнью как есть.
Их встречи стали регулярными. Они могли часами бродить по осеннему парку, обсуждая новый артхаусный фильм так горячо, будто от этого зависела судьба мира, или молча сидеть в кофейне, понимая друг друга без слов. Марк с удивлением обнаружил, что ему нравится выбирать вместе с Аленой смешные книжки для Лизы или обсуждать, какой мультфильм лучше посмотреть всем вместе вечером.
Он познакомился с Лизой. Очаровательная, любознательная и очень смешная девчонка сначала смотрела на него с явным недоверием, спрятавшись за мамину ногу. Но вскоре уже показывала свои рисунки и требовала читать ей сказки смешными голосами, заливисто хохоча. Марк видел, как непросто Алене одной совмещать требовательную работу, преподавание и заботу о дочке, и восхищался ее энергией, стойкостью и оптимизмом.
Их отношения, построенные на взаимной симпатии, общих интересах, юморе и понимании трудностей друг друга, становились все крепче. Марк впервые за долгое время почувствовал, что он не одинок в этом огромном городе огней. Рядом появился человек, который видел его настоящего, со всеми слабостями и неуверенностью, и принимал его таким.
Возвращаясь вечером в свою гулкую, полупустую квартиру, он все чаще ловил себя на мысли, что оставляет за порогом нечто по-настоящему важное, живое. Эти собственные стены, казавшиеся когда-то достижением, больше не ощущались спасением, а лишь временным, холодным пристанищем. Мысль о том, чтобы не уходить вечером, чтобы просыпаться рядом с Аленой, слышать утренний смех Лизы, перестала быть просто далекой, несбыточной мечтой. Она становилась потребностью, следующим логичным шагом, о котором нужно было набраться смелости поговорить.