Они договорились встретиться у входа в дендрарий через час. Анна торопливо собралась и поехала на место встречи.
Максим уже ждал её, прислонившись к своему электромобилю. Он был в тёмных джинсах и белой рубашке, и Анна невольно отметила, как хорошо он выглядит в утреннем солнце.
– Готовы к детективной работе? – спросил он с улыбкой.
– Готова. Но сначала мне нужно попасть в оранжерею.
– Это проблематично. Там всё ещё висят ленты, и охранник не пустит.
Анна задумалась:
– А что если попросить Ирину Павловну? Скажу, что хочу оценить ущерб для страховой компании или что-то в этом роде.
– Попробуйте. А я пока съезжу к Белову, посмотрю, что за человек.
– Одному? Это может быть опасно.
– Я журналист, у меня есть повод для визита. Скажу, что пишу статью о частных коллекционерах растений.
Анна кивнула, хотя беспокойство не покидало её. За два дня она успела привязаться к Максиму, и мысль о том, что с ним что-то может случиться, была неприятной.
– Будьте осторожны, – сказала она. – И обязательно позвоните, как только закончите.
– Обещаю, – Максим легко коснулся её руки. – И вы тоже берегите себя.
Анна пошла к административному зданию, а Максим уехал в сторону Адлера. Ирину Павловну она нашла в кабинете за компьютером.
– Анна Сергеевна! Как дела? Как продвигается работа?
– Собственно, об этом я и хотела поговорить. Ирина Павловна, мне очень нужно попасть в оранжерею. Хотя бы на полчаса.
– Но там же место происшествия…
– Я понимаю. Но видите ли, я должна оценить состояние коллекции для своего отчёта. Особенно после того, что произошло. Московский институт требует подробного описания.
Ирина Павловна колебалась:
– Ну… наверное, можно. Но только в моём присутствии и ненадолго.
Через десять минут они стояли у входа в оранжерею. Охранник неохотно снял ленты, получив разрешение от заведующей.
Внутри всё выглядело так же, как два дня назад, только теперь не было тела Виктора Семёновича. Анна медленно прошла по рядам стеллажей, внимательно осматривая каждую полку.
– Ирина Павловна, а у вас есть полный каталог коллекции?
– Конечно. Виктор Семёнович вёл очень подробные записи.
– Можно посмотреть?
Ирина Павловна достала толстую папку с документами. Анна начала сверять записи с тем, что видела на стеллажах. И очень скоро обнаружила несоответствия.
– Здесь должна быть Paphiopedilum wardii, – сказала она, указывая на пустое место. – Очень редкий вид, в природе почти не встречается.
– Может быть, её переставили?
– Посмотрим… – Анна продолжила проверку. – А здесь должна быть Cattleya jenmanii. Тоже исчезающий вид.
Всего она насчитала семь пропавших растений. Все – редчайшие орхидеи, стоимость которых на чёрном рынке составляла десятки тысяч долларов каждая.