– Молчание – согласие, – подытожил Финн.
– Идём дальше по чек-листу.
Полоскание. Мята осталась лёгким холодком на языке; казалось, будто во рту зазвенели маленькие колокольчики.
Он вытер лицо полотенцем, потом ладонью смахнул влагу с зеркала – оставив широкую чистую полосу, в которой отражение стало резче, контрастней.
– Значит так, версия «Я»:
Делаем вид, что всё под контролем.
Не даём бровям упасть ниже потрясающего уровня «я не спал, но держусь».
Пьем кофе так, будто в нём не надежда, а стратегия.
Согласен?
Отражение подняло бровь; Финн повторил жест и кивнул самому себе, как актёр, одобривший партнёра.
Он провёл пальцами по волосам, пригладил непослушную прядь, посмотрел в глаза своему двойнику:
– Вперёд. Мы оба знаем: главное – вовремя выйти из кадра, когда начнутся титры.
Свет погас, дверь хлопнула, а на зеркале осталась тонкая рукописная дорожка испаряющейся влаги – как подпись, подтверждающая, что разговор действительно состоялся.
Дверь на кухню открылась с привычным скрипом, как будто сама не была уверена, стоит ли начинать этот день.
Финн зашёл, зевнул, почесал затылок и поставил чайник, который сразу ответил чем-то средним между вздохом и бульканьем.
Он открыл холодильник, вытащил коробку с молоком – и чуть не уронил её, не заметив, что крышка была плохо закрыта.
Молоко брызнуло на рукав. Он выругался негромко.
– Отлично. Просто шикарное начало.
Пока вода закипала, он кинул в тостер два кусочка хлеба и поставил сковородку.
Масло забыл достать заранее. Яйца – где-то в ящике.
Тосты подгорели с одного края.
Кофе высыпался мимо фильтра.
– Серьёзно?.. – пробормотал он и бросил взгляд на окно, как будто погода могла дать ему шанс переиграть утро. Но она молчала – ровный серый свет, лужи и ни намёка на сочувствие.
Где-то в комнате завибрировал телефон.
Он пошёл искать – пробираясь между стопками бумаг, рюкзаком, коробкой с шнурами и чем-то подозрительно похожим на пустую коробку из-под пиццы.
Телефон нашёлся под распечаткой с надписью «Заявление на повторную сдачу».
На экране – мама.
– Супер.
Он нажал “принять”, зажал телефон плечом, одновременно взбивая яйцо в чашке и пытаясь не уронить сковородку.
– Да, мам, я помню.