Они шли по коридору, где стены хранили тепло,
но не отдавали его.
Лея шагала рядом, не глядя по сторонам.
Она не чувствовала себя ни больной, ни выздоровевшей.
Скорее – временно перенесённой куда-то между началом и концом.
Он открыл заднюю дверь машины.
Положил вещи.
Затем, не спросив, обошёл и открыл переднюю – для неё.
Лея села, не глядя на него. Просто устроилась у окна,
и всё молчание мира заполнило салон.
Двигатель завёлся мягко.
Они поехали.
Медленно, как будто время ехало вместе с ними.
Лея смотрела в окно.
За стеклом проносились улицы,
порой пустынные, порой залитые солнцем,
порой – с шумом и мельтешением.
Она видела:
большие старые дома с облупленной штукатуркой,
рядом – новые стеклянные, как будто нарисованные,
а между ними – клумбы, неровные тротуары и одинокие велосипеды.
Мужчина в кепке нёс пиццу, держа коробку как сокровище.
Мальчик, лет семи, перескакивал через лужи,
а собака рядом тащила за собой палку,
в два раза больше, чем она сама.
Пожилая пара сидела на лавке у аптеки,
держась за руки так,
будто больше ничего не осталось —
и больше ничего и не нужно.
Одна девочка в красной шапке смотрела прямо на машину,